Его тело отбросило на вас.
– Он-то меня и прикрыл от взрыва.
Каморка, в которой находился Сократ, не отличалась изысканностью. Это был не его дом с плечистыми атлантами у входа, скуки ради попирающими верхотуру второго этажа. Здесь все выглядело значительно скромнее: ни высоких потолков, ни блестящего паркета, ни лепнины, ни длинных коридоров. Самая что ни на есть обыкновенная «хрущоба», в подвалах которой зимовали комары, а тараканы на кухонном столе чувствовали себя уверенно, словно законные хозяева.
Однако преимущество двухкомнатной «хрущобы» заключалось в том, что о ее существовании не знал практически никто. Будучи женатым, Сократ, не обремененный супружескими комплексами, частенько приводил сюда девушек. Когда они желали продолжения, то разыскивали Сократа именно в этой квартире, не подозревая о том, что таких хат по всей Москве у него не меньше десятка.
– У Помидора были мои документы, – слегка приподнялся на локте Сократ.
– Все верно, – согласился Саша. – В «Московском комсомольце» уже было сообщение о том, что вчера вечером неизвестными был взорван уголовный авторитет Сократ.
– Рано они меня хоронят. Я еще повоюю.
– Это к долгой жизни, – улыбнулся шофер.
– Жене о смерти Помидора пока не говорить. Будет время, я сам расскажу, как было дело. А там похороним по-человечески, как он того и заслуживает.
Прогремел телефонный звонок, мгновенно прервав разговор.
– Ты не засветился? – посмотрел Сократ на Сашу.
– Хата не паленая! Падлой буду, ни одна живая душа о нас не ведает, – обиделся Початок, показав крупные зубы, которые очень смахивали на зерна кукурузы.
– За такой засвет голову отрывают.
– Смотри не останься без головы, – усмехнулся Сократ.
Телефон продолжал звонить – резкие трели заполняли все пространство квартиры, действуя на нервы.
Подумав, Сократ решительно поднял эбонитовую трубку и коротко произнес:
– Слушаю.
Глава 39. МЫ ТВОЯ «КРЫША»"
"– Послушай, коза, по-моему, ты чего-то не понимаешь.
Тебе было предельно четко сказано, что с сегодняшнего дня ты будешь платить только нам, – спокойно, но очень жестко растолковывал Хорек. Челюсти его при этом злобно сжимались – он и в самом деле стал напоминать мелкого хищника, способного в приступе ярости пребольно цапнуть за палец.
У самого входа в магазин стоял ухмылявшийся Горыныч и надежно закрывал дверной проем, словно неподъемная каменная глыба.
Рядом с Горынычем стояли еще два парня.
