За точкой невозврата. Полдень битвы

Если наши действия против армян и греков были делом достаточно отдаленного прошлого, уже подернувшегося архивной пылью, то кровоточащий курдский вопрос актуален и поныне. Советский вождь требует, чтобы мы оставили попытки насильно превратить этот народ в турок, предоставили курдам национально-культурную автономию, позволили им получать образование на своем языке и строили бы для них школы, больницы и дороги. А это идет вразрез с планом Великого Ататюрка по созданию единой турецкой нации – монолитной как по вере, так и по самоидентификации населения…

– Это совершенно неприемлемо! – заявил как отрезал фельдмаршал Фавзи Чакмак.

– Непокорные курды – как язва на теле нашего государства. Чтобы удерживать этот народ в состоянии хотя бы внешнего спокойствия, мы вынуждены держать на территориях его расселения значительные воинские контингенты. Если ситуация там выйдет из-под контроля, то ущерб для нашей государственной безопасности может быть смертельным.

– Все это понятно, господин президент, – вздохнул министр обороны Турции.

– Но, несмотря на неприкрытую военную угрозу, требования господина Сталина являются вопиюще наглыми и неприемлемыми. Мы все должны умереть, но не покориться столь жестокому диктату.

– Ваше мнение понятно, – кивнул президент, – но сейчас я хотел бы послушать, что по этому вопросу скажет наш министр иностранных дел, который лично разговаривал с большевистским вождем в Москве.

Нуман Меменчиоглы немного подумал и сказал:

– Если рассматривать господина Сталина как своего рода первого большевистского халифа, непосредственного наследника основателя религии коммунизма, то его требования к нам вполне понятны и обоснованы.

Примерно такие же ультиматумы турецкие султаны времен расцвета Османской империи предъявляли властителям небольших окраинных стран. Разница только в том, что большевистский вождь не требует от нас обращения в свою веру и не грозит всеобщим истреблением побежденных. Первое он считает бессмысленным, а второе – не тот метод, которым в подобных случаях привыкли действовать русские. За всю свою историю, распространяясь по огромным просторам Евразии, русское государство не уничтожило ни одного покоренного народа. Для сравнения можно вспомнить историю испанской Реконкисты, когда мусульманское население частью было изгнано, частью уничтожено, а частью насильственно обращено в христианство.