За точкой невозврата. Полдень битвы

Наши солдаты сражаются доблестно, но враг не дает себя разбить, грамотно отступая с одной позиции на другую. Совершенно очевидно, что на рубеже Немана наше продвижение опять застопорится. К сожалению, у нас нет двух миллионов солдат и полутора тысяч танков, как у генерала фон Бока в сорок первом году, чтобы мы могли просто затопить всю эту непокорную страну своими войсками.

Президент Дуда посмотрел на министра обороны и сказал:

– Все это хорошо, пан Мариуш, то есть очень плохо. Но скажите мне, кто надоумил генерала Короля обстреливать город Брест из тяжелых орудий? В настоящий момент русские по всем каналам транслируют кадры ужасающих разрушений и жертв среди мирного населения, взывая мировое сообщество к справедливости, а свой народ – к священной войне против наследников Речи Посполитой, то есть нас с вами.

Не то чтобы мне было жалко белорусское быдло, но ущерб нашей государственной репутации может выйти весьма значительный. Эх, взять бы сейчас пани Тихановску, которая обещала, что наших жолнежей белорусы будут встречать цветами, отвести на конюшню и хорошенько всыпать плетей, чтобы эта холопка больше никогда не пыталась выдавать желаемое за действительное. Но, к сожалению, этого нельзя делать.

– У наших союзников дела тоже обстоят неважно, – сказал пан Блащак. – Латвийская бригада оказалась разбита в первом же бою под Урбанами и в беспорядке отступила за линию государственной границы. Поддерживавшие ее действия танки «Леопард» нашего батальона попали в засаду на лесной дороге и были подбиты все до единого – точно так же, как это произошло под Гродно.

Канадцы понесли потери и отступили, а итальянцы и словаки и вовсе не вступали в бой.

– Это я тоже видел по телевизору, – кивнул Дуда. – Позор ужасный. У литовской армии, насколько я понимаю, дела тоже идут так себе…

– Да, – подтвердил пан Блащак, – парадного марша на Минск не получилось. На подступах к Гудогаю и Ошмянам идут тяжелые бои, литовские солдаты несут тяжелые потери, но не могут продвинуться дальше ни на шаг.

Вырвавшаяся вперед германская танковая рота на ходу была расстреляна противотанковыми комплексами, а некоторое количество немецких танкистов даже умудрилось попасть в белорусский плен.

– О да! – воскликнул пан Дуда. – Сгоревшие германские танки и пленные немецкие танкисты, которые стоят перед камерой, задрав вверх руки – это как раз то, что было нужно господам Путину и Лукашенко для хорошей пропаганды своих будущих действий.