За точкой невозврата. Полдень битвы

Разумеется, в Минске и окрестностях имелись и те люди, для которых в этот момент рухнула последняя возможность прийти к власти (пусть и не на мутной волне белорусского майдана, так хоть на штыках иностранных оккупантов), но их мнения уже никто не спрашивал. Неважно, плох или хорош был президент Лукашенко для своего народа, но по сравнению с начавшейся агрессией это было уже сущей мелочью. От Дуды и Науседы в Белоруссии добра почти никто не ждал, за исключением тех белорусских граждан, о ком было сказано выше.

Через час после завершения трансляции из Москвы на белорусском телевидении с экстренным обращением выступил президент Лукашенко, сообщив своему народу, что все будет хорошо, победа в начавшейся войне будет за белорусско-российским союзом, и что агрессоры сами выбрали свою судьбу.

Вообще-то первый налет польской авиации на Минск как раз и должен был уничтожить здание Белтелерадио и Минскую телевышку, но эти самолеты были сбиты еще над границей, а потому никуда не долетели. Как оказалось, акции силовой «демократизиции» могут быть успешными только в том случае, если силы сторон оказываются несоизмеримы.

Когда с одной стороны все НАТО во главе с США, а с другой Югославия, Ирак или Ливия, то «демократизаторы» неизбежно побеждают. А вот когда «альянс вне НАТО» нападает на Белоруссию, у которой есть надежда на скорую поддержку Российской Федерации, то эта схема начинает буксовать. Где-то на западе и на севере гремели ожесточенные сражения, в боях и под обстрелами польско-литовской артиллерии погибали белорусские солдаты и мирные жители, а в Минске все было относительно спокойно. Но если подойти к железной дороге, то можно было видеть, как напряженно пульсирует транспортная магистраль от перебрасываемых по ней российских войск. И ведь железная дорога через Минск была не единственной, что ведет к западным и северным границам Белоруссии. На севере составы спешили от Невеля к Молодечно, и дальше к Лиде, на юге эшелоны торопились от Брянска через Могилев и Осиповичи к Барановичам. Выгружались российские войска (правда в небольшом количестве) на станциях Мозыря и Лунинца.

Три дня, выданных президенту Лукашенко на «подумать» – это большой срок для обстрелянной, прошедшей боевую обкатку армии, чтобы собраться и выступить на войну. Восьмого августа, после совещания у президента, в войсках Центрального направления, ранее переброшенных с театра боевых действий на Украине, было объявлено состояние готовности.