За всё надо платить

Что ж, теперь он полностью готов к тому, чтобы провести две недели в отделении, которым командует Александр Иннокентьевич и в котором работает такая желанная Оля. Оборин ожидал от предстоящих двух недель сплошного удовольствия. Сосредоточенная спокойная работа над диссертацией без суеты и без хлопот, ежедневные встречи с Ольгой, отсутствие необходимости готовить еду и мыть посуду — о чем еще может мечтать обыкновенный не очень удачливый аспирант? Беседа с Александром Иннокентьевичем прошла в точности так, как предсказывала Ольга.

Оборин жаловался на непонятное недомогание, которое мешает закончить диссертацию, наотрез отказывался ложиться на обследование, ссылался на переутомление и необходимость дописать диссертацию в кратчайшие сроки. Александр Иннокентьевич честно предупреждал, что причину недомогания в его отделении установить не смогут и тем более не смогут ее вылечить, но, если речь идет о необходимости закончить творческую работу, невзирая на плохое самочувствие и в достаточно сжатые сроки, то, пожалуйста, он готов положить Юрия к себе в отделение и создать ему максимально благоприятные условия для интеллектуального труда. У него, у Александра Иннокентьевича, разработана собственная оригинальная методика психотерапевтического стимулирования творчества и интеллектуального труда, которая дает очень хорошие результаты. Положить Юрия Анатольевича Оборина в клинику можно в любой момент.

— Сейчас есть свободные места, знаете, начало осени, люди только-только отгуляли отпуска, полны сил и бодрости, устать еще не успели.

Вот в разгар весны в отделение будет огромная очередь, зимний витаминный голод очень сказывается на творческих способностях. Да-да, не смейтесь, я и сам не верил, пока не занялся проблемой вплотную, — говорил врач, добродушно улыбаясь Оборину.

Договорились, что Юрий приведет в порядок неотложные дела и прямо завтра же придет в клинику.

— Вы нас не найдете, — предупредил Александр Иннокентьевич. — Вы же понимаете, наше отделение создавалось как элитное, туда нельзя попасть случайно, по ошибке или по злому умыслу.

Поэтому вы приходите сюда же, в основной корпус, и от вахтера звоните мне, я пришлю кого-нибудь вас встретить.

— Какой номер? — спросил Оборин, приготовившись записывать.

— Вахтер знает, — махнул рукой врач. — У него под стеклом список внутренних телефонов лежит. Не забивайте себе голову, он все равно не даст вам самому номер набирать. Спросит, к кому вы, и позвонит, узнает, ждут ли такого.