За всё надо платить

И как Дашка справляется, когда на руках грудной ребенок?

— Я же не спрашиваю тебя, как ты ловишь своих уголовников, — отшучивалась Даша, слыша Настины вздохи. — У каждого свое призвание. У меня — быть женой и матерью. У меня это получается лучше всего другого, поэтому и радость доставляет, и не утомляет. Я как только маленького Сашеньку кормить перестану, сразу буду второго рожать. Девочку еще хочу.

— Маленькую Дашеньку? — смеялась Настя.

— Нет, маленькую Настеньку. А потом маленького Алешеньку. У меня большая программа.

Я должна всех любимых людей увековечить в своих детях. А вы трое у меня самые любимые.

Проведя у колыбельки племянника протокольные четверть часа и повосхищавшись неземной красотой, бурным развитием ребенка и его несомненным сходством с родителями, Настя увела Дашу на кухню.

— Дашуня, кажется, мой брат выписывает кучу газет. Ты их куда-нибудь складываешь?

— На антресоли, — кивнула Даша. — Они тебе нужны? Я сейчас достану.

— Сиди, я сама достану.

Настя вышла в прихожую, приподнялась на цыпочки и достала огромную кипу газет, которую немедленно оттащила в просторную и вызывающе пустую гостиную.

Здесь стояли три шезлонга, которым после покупки гарнитура предстояло перекочевать на лоджию, и низенький столик, который ожидало такое же почетное изгнание.

— Что ты собираешься делать? — с ужасом спросила Даша, увидев заваленный газетами пол в гостиной.

— А я? — недоуменно спросила она. — Ты же ко мне пришла. Я так обрадовалась… Тебе скучно со мной разговаривать?

— Что ты, Дашенька, просто мне для работы нужно кое-что в них поискать.

Хочешь помочь мне?

Даша с готовностью уселась в шезлонг и положила на колени несколько газет.

— Говори, что нужно делать.

— Знаешь, это так расплывчато, неопределенно… Короче говоря, мне нужны все упоминания о деятелях науки, литературы, искусства, вообще о людях интеллектуального труда, которые умерли за последние полгода.

Дашины огромные глазищи еще больше расширились от удивления.

— Зачем это? Ой, Настюшка, расскажи, я умру от любопытства.

— Расскажу, но при одном условии.

— Я согласна, — тут же выпалила Даша. — Ну рассказывай же скорее.

— Нет, сначала про условие. Потому что если ты не согласишься, то я и рассказывать не буду.

— Ну Настя! — взмолилась Даша. — Ну не тяни же!

— Во-первых, не трепаться.

— Саньке можно, я ему и сама расскажу. Во-вторых, согласиться на то, что я попрошу твоего мужа о помощи.