За всё надо платить

— А в чем дело? — насторожился он. — Зачем они тебе?

— У меня кое-что не сходится, — объяснила Настя. — Хочу проверить.

— Что у тебя не сходится? — продолжал допытываться он.

Этот визит ему не нравился. Каменскую он знал давно, она часто брала в отделении всякие материалы, всегда отдавала их в целости и сохранности и в точно оговоренный срок. Поэтому, когда она утром позвонила и сказала, что хочет к нему подъехать, он был уверен, что она снова собирается просить какие-то материалы по убийствам и изнасилованиям. Но внутренний голос подсказывал ему, что лучше бы им не встречаться.

В конце концов, если ей нужны материалы, которые есть у любого сыщика или у дежурного, то она их и возьмет, не у Дружинина, так у другого опера. А вот если ей нужен конкретно Дружинин, то это может быть связано только с ТЕМ делом, и говорить о нем с Каменской Славе Дружинину ну ни капельки не хотелось. Поэтому он, пообещав ей по телефону быть на месте, тут же спустился на первый этаж и предупредил своего давнего дружка Генку, работавшего дежурным по отделению.

— Я пойду к Светке, чайку попью. Как только Каменская отвалит отсюда, позвони, вот телефон.

Светка была любовницей Дружинина, и главное ее достоинство состояло в том, что жила она в десяти минутах ходьбы от отделения, поэтому к ней так удобно было заскакивать перекусить, выпить чаю, а также и за другими надобностями.

Света была на работе, и Дружинин, открыв дверь своим ключом, с удовольствием выпил горячего чаю, намазывая черносмородиновый джем на толстые ломти свежего белого хлеба.

Полежал полчасика на диване, подремывая, потом включил телевизор и посмотрел середину какого-то фильма, но так и не понял, в чем там суть. Наконец позвонил Гена.

— Она ушла, — сообщил он. — Я сказал, что тебя срочно вызвали и, когда ты вернешься — неизвестно. Она просила передать, что завтра снова будет тебе звонить, попробует договориться о встрече еще раз.

После этого сообщения Слава успокоился. Раз собирается звонить завтра, значит, сегодня ждать его не будет и можно спокойно возвращаться.

И надо же — такой прокол! А ведь он специально выждал двадцать минут после Генкиного звонка, не выходил из дому, чтобы случайно не встретиться с Каменской. От отделения до метро — минут семь пешком, ну от силы десять, если идти медленно. Он взял время с запасом, ждал двадцать минут, выходя из подъезда был уверен, что Каменская уже едет в поезде метро в сторону центра, а она… Ну надо ж так неудачно!

— Так что у тебя не сходится-то? — спросил он.