Так что ежли тюфяк найдётся, то очень мне тут распрекрасно будет. И тепло, и окно эвон какое большое, и постеля есть.
-- Днём здесь, конечно, прохладнее, потому что дети у соседки, а я на Стоке. Но вечером мы топим камин, а ночью я обязательно подкидываю дров. Так что вставать будешь в тепле. В выходной тоже тепло будет, обещаю.
– От и добро!
На том мы и поладили. В четыре руки шустро перекидали мешающие вещи поближе к дверям, и Мила принялась обустраивать себе спальное место. Старый тюфяк Ирвина, хоть и выстиранный и набитый свежей соломой, выглядел достаточно убого и был ей сильно короток.
Её это не слишком смутило. Из своего огромного мешка она вытащила старенькое шерстяное одеяло, плоскую слежавшуюся подушку и две простыни.
Одну она уложила свернутой в головах импровизированного ложа, слегка удлиняя тюфяк. Второй застелила «постелю» и, оглядевшись, прихватила пару досок от топчана Ирвина. Встав на колени, Мила сложила две эти доски прямо на полу, обмахнула их непонятно откуда взятой тряпкой и, вынув из бездонного мешка сложенный в несколько раз и слегка помятый кусок оберточной бумаги, застелила «полку».
"
"На эту полку она и выложила по порядку: глиняный горшок, глубокую миску приличных размеров, ложку и кружку; несколько стареньких штопаных рубашек, две юбки, синюю и коричневую, потёртую картонную коробку, бережно оклеенную по углам газетой для крепости, и три пары теплых вязаных чулок. Затем вынула слегка поношенные, но еще крепкие туфли-балетки чудовищного размера и, гордо показав мне, сообщила:
-- От, городские! Сапожник сказывал, что какой-то богатей для себя заказал и не выкупил.
Я их всего-то одно лето и носила. Цельных две серебряные отдала!
Честно говоря, я испытывала некоторую неловкость, понимая, что девушка в этой жизни устроена хуже меня. Только я взрослая и опытная тётка, а она – наивная деревенская простушка, которую тот же сапожник в лёгкую обвел вокруг пальца. Полторы серебрушки – красная цена за эти туфли.
Эти уродливые калоши она поставила отдельно от одежды и тряпочкой бережно смахнула с них невидимую пыль.
-- Сегодня тебе готовить некогда, да и продуктов ты, наверное, не купила. Так что пойдем, поужинаешь с нами, а уж завтра сама разберёшься, что и как.
Немного помявшись, Мила потупилась и сказала:
-- Благодарствую, хозяйка. И в самом деле, кушать-то сильно хочется.
За ужином доели всё, что оставалось с утра.
