Почему-то после этой моей выволочки он стал обращаться ко мне на «вы» и сделался также любезен, как и с предыдущей покупательницей.
Долго и подробно рассказывал мне из какой мастерской они получают миксеры и сколь надежны эти приборы, как господин Гехард придирчиво отбирает товары для магазина и дорожит своим честным именем и прочую ерунду. Я старалась не слушать эту пустую болтовню, но внимательно следила за его руками. Покрутила миксер сама, решила, что он вполне удобен, и приказала упаковывать.
Сама же я в это время размышляла о том, что мне жизненно необходимо приобрести приличную шубу или накидку и красивую теплую обувь. А то я в каждом магазине и даже в богатых лавках буду сталкивать точно с таким же отношением. Да и Ирвину нужно поменять гардероб, иначе парня затравят.
Глава 29"
"Менять одежду конечно было нужно, но я не рискну тронуть ни копейки из тех денег, что у меня остались. Слишком страшно мне представить, что однажды нечем будет накормить малышню.
Значит – что? Значит, заначку не трогаем, а на одежду буду зарабатывать. Сейчас предстояло точно выяснить, чем именно. А то планов у меня – как у дурака фантиков, а нужно просто сесть и составить смету. Посчитать, что будет более выгодно. А потом и посмотреть, что пользуется большим спросом.
К моему удивлению перо и чернила у господи Ханны нашлись, и она охотно поделилась со мной, отмахнувшись от предложенного медяка:
-- Перестань! Уж с соседей-то за такую мелочь брать грешно.
Дети остались у нее: я отнесла небольшую кастрюльку супа, кашу на молоке с изюмом и каравай хлеба. Этой еды им точно хватит на день всем троим. Во-первых, соседка согласилась сидеть с детьми за минимальные деньги. А во-вторых, от одной порции каши я не обеднею, а ее помощь мне может понадобиться еще много раз. Таким образом я немножко заткнула свою совесть, которая подгрызала меня за то, что я так мало плачу госпоже Ханне.
Дома я села считать будущие расходы, и прикидывать, сколько должна стоить одна котлета, чтобы и не слишком дорого для покупателя, и я в прогаре не осталась.
Практически, мне пришлось по новой учиться писать. Все-таки шариковая ручка и перо, которое нужно макать в чернильницу – вещи совершенно разные. Кроме того, писала я на оберточной, не слишком качественной бумаге, и чернила изрядно расплывались, а перо цепляло неровности и брызгало чернилами, украшая мои столбики цифр оригинальными кляксами.
