Забракованные

Бросив взгляд на прислушивающегося к их разговору лжедворецкого, Мэл спросила:

— Как звали вашего предка, на которого вы очень похожи?

Подобного вопроса Рэймер явно не ожидал. Его брови вновь приподнялись, на сей раз обе, но ответил он без паузы и раздумий, сразу поняв, кого она имеет в виду."

"— Римель Монтегрейн, мой прапрадед. — Амелия поощрительно улыбнулась, показывая, что внимательно слушает и не прочь узнать подробности. И тот продолжил: — Правая рука Седрика Справедливого. Его портрет также размещен в галерее героев в королевском музее…

— И моей бабушки, — вырвалось у Амелии.

И она тут же напряглась, пытаясь понять, успел ли собеседник высказать все, что собирался, или она невежливо его перебила.

— Да, я видел, — спокойно согласился Монтегрейн, то ли правда до этого закончивший свою мысль, то ли сделавший вид, что не заметил ее бестактности. — Георгия Грерогер, верно?

Амелия кивнула.

Опустила взгляд и зачем-то снова взялась за вилку, давая понять, что вопросы закончились.

Ведь не просто же так Монтегрейн разрешил ей их задавать. Не для того ли, чтобы что-то узнать в ответ?

Но Рэймер тоже замолчал.

В малой столовой повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. Тик-так, тик-так…

— Может быть, вина? — вклинился в эту тишину Дрейден.

Амелия отрицательно покачала головой.

А Монтегрейн неожиданно поморщился.

— Садись уже за стол, голодные твои глаза. Тебя раскрыли.

Мэл изумленно вскинула голову.

— Виновен, — покаянно кивнул бывший дворецкий.

И, мало того, что совершенно вальяжной походкой прошел к столу, так еще и устроился во главе. — Леди Монтегрейн, прошу простить меня за этот глупый розыгрыш. — Розыгрыш, а не хитрый план, разумеется. — Но я подумать не мог, что вас заинтересуют имена с портретов!

Зато сейчас его возмущение выглядело таким искренним, что Амелия ни на миг не усомнилась — это истинное лицо Кристиса Дрейдена.

— Кристис — мой помощник, управляющий поместьем и правая рука во всех делах, касающихся Монтегрейн-Парка и других земель, — представил того супруг.

 — И практически член семьи.

А только что усевшийся Дрейден уже вскочил и протянул к ней раскрытую ладонь.

— Миледи, позвольте поцеловать вашу ручку и ещё раз попросить прощения за мою неуместную шутку. — И даже шагнул к ней.

К горлу вдруг подкатило, стало сложно дышать.

— Нет! — Она резко убрала кисти рук на колени, практически спрятав их под зеленой скатертью.