Забудь меня, Эй

Светлячок что-то пролепетал во сне, повернулся на другой бок, Саша присела рядом и погладила вихрастую макушку. И тут проход загородила тень, она обернулась, на пороге стоял Роман.

— Саша, тебе не обязательно прятаться у детей, ты можешь, как обычно, закрыться в спальне, — сказал слишком резко и ушел, едва не хлопнув дверью.

«Ты снова все не так понял, Рома, когда ты перестанешь выискивать в моих поступках тайный умысел?» Поцеловала Илюшку, затем дочку и решительно направилась к спальне Романа. Возле двери замешкалась, но только прикоснулась к ручке, как дверь распахнулась, и Роман шагнул навстречу.

— Пришла? А я как раз за тобой. Заперла бы дверь, выбил бы на хер.

— Я пришла, Рома, я просто… — и не договорила, он закрыл ей рот поцелуем. Руки завел за голову и прижал к стене, словно собирался впечатать ее своим телом, целовал жадно, рвано, и дышал так же. Саша попыталась высвободить руки.

Он выпустил и отшатнулся, глядя мутным взором, качаясь, как пьяный, а она обвила его за шею, потянулась сама и сказала на ухо:

— Я просто хотела тебя обнять…

Роман закрыл глаза и принялся тереться о ее волосы лицом, подбородком, а потом снова нашел губы, но на этот раз уже не терзал, а целовал, будто опомнившись, не вымещая скопившееся напряжение, а выпуская его, как пар, медленно, проникновенно.

Роман как почувствовал, поднял на руки и, не разрывая поцелуй, понес к кровати. Усадил осторожно к себе на колени, и она прогнулась в спине, подставляясь под его губы. Да, ему так больше всего нравилось, чтобы лицом к лицу, глаза в глаза, губы к губам, чтобы казалось, больше срастись уже невозможно, невозможно больше стать одним целым, чем они есть.

Семь лет спрессовались гармошкой и осыпались мелкой пылью до самой последней секунды, не оставив и следа, как будто совсем недавно он ушел, ее Робин Гуд, а теперь вернулся, и каждая клеточка ее тела замирала восторженно, вбирая в себя его тело, запах, жаркий шепот и сбившееся дыхание.

— Так не бывает… — хрипло выдохнул Роман, оторвав ее от себя и жадно всматриваясь помутневшими глазами, — не может быть… Ты.. Это ты?

— Что, Рома? — Саша обхватила ладонями и начала целовать глаза, виски, щеки. Он будто очнулся, запустил руку в волосы.