Забудь меня, Эй

Он хотел встать, но Сашка его удержала. Она не простила бы себе, если бы не спросила.

 — Стас, скажите, почему Инга согласилась на ваши условия? Что такого в этом клубе?

Олешин качнул головой и усмехнулся.

 — На работу я тебя, конечно, не возьму, но задачки если хочешь, периодически подбрасывать буду, чтобы мозги не усохли, они у тебя работают что надо. Я не клуб ей отдал, девочка, а сейф в теперь уже ее кабинете. Там дело ее лежит, которое всегда можно отправить на доследование. Инга наркотой приторговывала, иногда клиентов-лохов обирала, я ее этим держал, чтобы она снова на кривую дорожку не вывернула.

А эта сука все равно умудрилась мальчишку нагулять… Я, кажется, уже говорил тебе, детка, что у моего сына феерические способности окружать себя всяким отребьем, а потом стенать о преданных идеалах.

Вошел Роман, подошел к Сашке и присел возле нее на корточки.

 — Ну что, маленькая, ты выйдешь за меня замуж? Чтобы у тебя не оставалось сомнений, можешь выгнать меня из своей спальни, будем просто вместе жить и воспитывать детей.

 — И на хера ты ей тогда нужен? — не утерпел Олешин.

 — Я… Я подумаю, Рома, — не сразу ответила Саша, Роман прижался щекой к ее колену.

 — Может, мне повезет, и ты меня когда-то простишь, маленькая? Как думаешь, сколько мне ждать?

 — Я вот семнадцать лет жду, — ответил вместо Сашки отец, вставая, — уже и не надеюсь, а ты все тычешь мне своим сиротством. Так что никто этого не знает. Может, всю жизнь придется по-пластунски перед ней ползать.

Роман дернулся и озадаченно уставился на отца, Сашка откинулась на спинку стула.

Стоило напряжению отпустить, как усталость обрушилась и надавила, будто гидравлический пресс, глаза закрывались сами по себе. Может ей попробовать улечься и поспать прямо тут на столе?

 — Держи ее, Рома, а я заберу и выгуляю детей, — послышалось как сквозь вату. И дальше снова громкое командирское: — Так, мелюзга, кто едет со Стасом пробовать самое вкусное мороженое? Быстро собираемся и выдвигаемся.

Сильные руки подняли ее и прижали к груди, Сашка не удержалась и вдохнула знакомый любимый запах.

Так ведь можно, пока она ничего не решила, она же может просто положить голову на такое близкое и родное плечо? Сейчас совсем нет сил проявлять стальную волю и стойкость характера, может быть завтра…

Роман осторожно положил ее на кровать, а она не могла заставить себя расцепить руки, которые обвивали его шею, и тогда он просто лег рядом.

 — Спи, маленькая, совсем мы тебя замучили.