Забудь меня, Эй

Развестись я не могу, на что есть определенные причины. Можете считать меня эгоистом, но рядом с вами у меня такое чувство, будто я долго болел, а теперь выздоравливаю, вы для меня как лекарство. Мне нравится проводить время с вами и Дашкой, мне очень нравится ваша девочка, Саша, возможно, потому что нравитесь вы…

Вот все и встало на свои места. «Я с женой не живу, мы с ней чужие люди». Сколько уже она наслушалась таких историй, пальцев не хватит пересчитать. На руках и ногах. Ну почему все мужчины говорят одно и то же, неужели они не могут изобрести что-нибудь новое, креативненькое? Или не считают нужным напрягаться?

— А вы не подумали, что будет, если моя дочь к вам привыкнет и привяжется, Роман? Тогда уже мне придется искать ей лекарство.

Он сжал ее руку как тисками.

— Не смейте так говорить, — у него даже зубы скрипнули, — мне такое в голову не могло прийти.

— Простите, — она аккуратно высвободила ладонь, — но я считаю, нам не стоит продолжать общение.

— А если он к вам привяжется? — потемневшие глаза сверлили ее колючим взглядом. — Вы правильно заметили, своей матери он не очень нужен. Я сам поражен, что он так тянется к вам, хотя что я говорю, как раз здесь я своего сына очень хорошо понимаю.

Сашка закусила губу и опустила глаза, чтобы он не видел подступивших слез. Было невыносимо жаль маленького Светлячка, и Дашку было жаль. И этого красивого мужчину, что смотрел на нее, не отрываясь, с холодной тоской в глазах тоже.

— Я ничего не могу обещать вам, Саша, к сожалению, — нарушил он молчание, — если я начну бракоразводный процесс, она отберет сына. У нее, — он запнулся, — есть на то основания.

— Я тоже не могу, Роман, — она почти прошептала, а он снова сгреб ее руки и поднес к губам.

— Тогда пообещайте мне хотя бы брать трубку. А я обещаю не беспокоить по пустякам.

— Мы можем с вами дружить… — она сама услышала, как глупо это прозвучало.

— Вы смеетесь надо мной, Саша?  — поднял он брови.

Больше эту тему они не поднимали. Прогуливались вдоль реки, теперь Роман старался держаться ближе к детям, но когда Саша оступилась и чуть не упала, он успел среагировать и удержать ее. И снова как там, на батуте, близость его тела разбудили в ней совсем не нужные мысли и ощущения.

Их отношениям не суждено продолжаться, Роман сам так сказал. Она будет последней дурой, если продолжит с ним общаться.