— Алиса, я у сестры! — заводится Андрей. — Извини, что не отчитался!
— Я…
Он не дает закончить.
— Алиса, я очень тепло к тебе отношусь, но мы… еще очень мало встречаемся, а ты ждешь, что я буду вести себя как образцово-показательный муж! Что у тебя в голове?
Молчу.
— Алиса?
— Извини, что посягнула на твое личное пространство, Март. — Голос такой сухой, что неприятно царапает гортань. — Привет сестре. И, конечно, семья важнее всего. Зачем спрашивать у женщины, которую ты трахал две недели, как она добралась домой, в самом деле.
Подумаешь, как-то же она жила до меня, не умирала!
— Ты там ебанулась?! — кричит он. — Я тебе не нянька!
— Если тебе на меня насрать до такой степени, что в твоем списке забот я стою на самом последнем месте, то ты мне вообще никто!
— На хуй пошла!
Я сжимаю телефон, глядя как на экране появляется иконка завершенного вызова.
Это… все?
Еще несколько минут смотрю на телефон, то и дело воскрешая в памяти каждую фразу нашего «разговора», хоть на разговор это было похоже меньше всего.
Звонок в час ночи, чтобы спросить, как я там?
«Внезапная» ночевка у сестры?"
"Еще более внезапная отмена нашей встречи на неделе: сначала у нас внезапно сорвалась среда, потом четверг, а в час ночи с пятницы на субботу оказалось, что и в выходные у Андрея нет на меня времени. После двух недель секса, когда мы жили в одной квартире, вместе ходили за покупками, вместе строили планы на будущее, писали длинные списки фильмов, которые обязательно нужно посмотреть — я вдруг не стою даже пары часов его бесценного внимания?
— Трахал две недели? — хмурится Бармаглот.
— Не ваше дело, Марк Игоревич, — грубо огрызаюсь я. — Я же не спрашиваю, как и кого трахаете вы, пока жена греет кости на пляже под пальцами, а одна строптивая игрушка «не дает».
Я так устала от всего этого дерьма.
Устала не понимать, чего хочу.
И еще больше устала от мужиков, для которых я то ли игрушка без мозгов, то ли просто трофей.
— Трусики снимать? — бросаю очень ядовито, потому что на игры и флирт просто не осталось сил.
Бармаглот приподнимает бровь, давая понять, что мой намек ему абсолютно не понятен.
— Ну, как это принято у бабников? Повесите в рамочку на стене почета.
— А, ты об этом? — Марк смеется. — Формально, Зай, я тебя еще не выебал, так что твоим трусикам на моей стене почета делать пока нечего. И на будущее — когда это случится, я сам возьму что-нибудь на память.
