С другой стороны — эта почти_сестра его жены обязательно при возможности развяжет язык и все ей вывалит. И все это точно ничем хорошим не кончится.
— Приятного вечера, — как бы нам, а на самом деле только Бармаглоту говорит Дина.
И уходит, на прощанье не удержавшись от едкого взгляда в мою сторону.
Вот, оказывает, как выглядит серная кислота в «твердой валюте».
— Я еще толком не успела стать вашей любовницей, Марк Игоревич, а нас уже спалила почти_сестра, — пытаюсь спрятать панику за наигранной веселостью.
— Тебя это беспокоит?
Даже не знаю, что сказать, потому что Бармаглот выглядит так, словно ничего не произошло.
Злюсь.
Просто с пустого места.
— Ну да, — вонзаю вилку в ни в чем не виновный рыбий стейк, — это же вам привычно все время попадаться на глаза со своими кикиморами. А мне что делать, если ваша жена додумается наябедничать моим родителям? Вы помиритесь и склеите горшки, а я могу остаться без семьи!
Откладываю вилку.
Аппетит испаряется.
А под взглядом Дины — она сидит через два стола от нас, и мы друг у друга просто как на ладони — вообще хочется превратиться в колючий кактус.
— Зай, что происходит?
— А этого мало?
— Перестань отвечать вопросом на вопрос. — Он дает паузу, чтобы я немного пришла в чувство. — С каких пор я перестал быть мужиком, который умеет нести ответственность, и превратился в сцыкливого пацана, которой не в состоянии справиться с бабскими склоками?
Я бы хотела сказать, что меня это успокаивает, но это не так.
Чего я боюсь?
Что Мила, когда узнает о нас с Бармаглотом, плеснет мне в лицо серной кислотой? Что натравит на меня бандитов, когда буду возвращаться одна домой?
Это все кажется смешным и нелепым, из разряда сериалов по «Россия 1», но в тот наш последний разговор с Милой она не на шутку меня испугала.
В особенности своей одержимой и навязчивой идеей о том, что Марк любит только ее. Когда женщина свято верит, что муж на самом деле изменяет ей не по своей воле, а из-под палки, она будет думать, что физическое уничтожение соперницы — реальный выход из ситуации.
И мне правда страшно, что будет, если о нас с Бармаглотом узнают мои родители.
Особенно папа.
На минуту даже появляется мысль просто встать и уйти, потому что Дина как раз вертит в руках телефон, и он подозрительно «случайно» смотрит объективом как раз в нашу сторону.
— Она ничего не скажет Миле, — все так же спокойно говорит Бармаглот.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что кое в чем я могу очень сильно испортить ей жизнь.
