Алиса удивленно таращит глаза.
Моргает часто-часто, как кукла с заклинившим глазным механизмом.
Но тут же берет себя в руки и снова вскидывает руку к двери.
— Все, что вам нужно, Марк Игоревич — там. Не здесь. Я кобелями сыта по горло!
— Хорошо подумала? — Бросаю сраную подушку на пол, подхожу к Алисе, и как бы она не сопротивлялась, жестко беру ее за скулы, немного надавливая на щеки. Чтобы смотрела мне в глаза, чтобы повторила всю эту херню мне в лицо, и я видел, что она подумала и решила, а не страдает от ПМС.
— Я за бабами не бегаю, Зай. Ты была исключением, но раз тут целая истерика — то и поблажки, блядь, кончились. В глаза мне смотри!
Она икает.
— Если я сейчас уйду, Зай, то с концами. Мне вся эта розова херня про развод и новую крепкую семью не нужна, я уже сыт, я свое отженился. Так что врубай уже мозги. Я же знаю, что они у тебя есть.
Алиса перестает сопротивляться и даже сама подается ко мне.
Теперь так близко, что вижу каждую трещинку на ее губах, и вспоминаю, как люблю их целовать, когда она орет подо мной в койке, ловя кайф от очередного оргазма.
Знаю, что и она это любит.
А по глазам вижу, что думает о том же.
Но, когда открывает рот, я понимаю, что мой Заяц, кажется, начала взрослеть.
— Развернулся — и пошел на хер отсюда. — Четко, по словам, как будто хочет наверняка вдолбить их мне в башку. — К жене.
— Ок, — рублю с плеча.
Да пошло оно все!
Малолетка сраная!
С заебами!
Дверь за собой закрываю с такой силой, что на минуту даже стихают голоса на улице.
Только когда возвращаюсь за стол, и Мила ловит мой взгляд с заметным подозрением, понимаю, что хрен теперь хоть что-то съем. О том, чтобы выпивать за Вовкину круглую дату вообще лучше не думать. Я вроде нормальный мужик, но, когда на взводе и с выебанными «по сухому» мозгами, случится может всякое, тем более под алкоголем. Так что приходится врубить «не такого» и сказать, что был срочный звонок по работе — и я после застолья сразу отчалю домой, потому что работать придется даже ночью, даже если не получится поспать совсем.
Вовка мужик нормальный, а не из тех, которые уважение отмеряют количеством выпитого. Кивает, говорит, что порядок. Только краем глаза замечаю, как пристально смотрит на меня Татьяна. Догадывается о чем-то?
— Все в порядке? — шепчет на ухо Мила, когда думает, что разговор вернулся к прежней теме и на нас никто не обращает внимания.
