Ты все поняла? Потому что если нет — домой будешь добираться на попутках. Я твое жужжание на ухо всю дорогу просто не вывезу. Обязательно во что-то въебашимся.
Она на минуту замолкает, потом сквозь зубы великолепно цедит «Да» — и я снова выруливаю на дорогу.
Глава шестьдесят седьмая: Сумасшедшая
Примерно через неделю после нашего с Бармаглотом официального расставания, я понимаю, что моя жизнь скатывается в какое-то, как любит говорить Танян, полное УГ. Для этой аббревиатуры есть очень понятная расшифровка в первой же ссылке любого поисковика.
Я хожу на работу и хорошо справляюсь со своими обязанностями.
Но иногда мне хочется убивать нерадивых родителей моих второклашек.
Я хожу на курс «Французская кондитерская выпечка» и делаю там огромные успехи.
Но иногда мне хочется убивать нерадивых сокурсников, которые пришли на сложный дорогой курс, не имея даже малейшего представления о том, какой плотности должны быть правильно взбитые белки.
У меня случился удачный день шопинга, я вернулась домой с целой кучей хороших недорогих вещей и оделась с ног до головы до конца весны и на всю предстоящую осень.
Но мне хочется «убить» кроссовки, которые все равно не того самого оттенка, а заодно свитер крупной вязки, на который по неосторожности тут же сажаю стрелку.
— У тебя острый недоёб, — говорит Танян, сидя у меня на кухне, пока я упражняюсь в готовке французских сырных палочек. — Когда хочется убивать — это край, подруга.
— Почему ты все всегда сводишь к сексу?! — возмущаюсь я и начинаю жалеть, что пригласила ее в гости.
Как бы не огреть чем-нибудь тяжелым в сердцах.
— Все, решено! Я знаю, что с тобой делать, бедная моя дряхлая целка!
Меня всегда настораживает, когда она начинает вести себя словно Ленин на броневике, а в особенности если еще и вот так решительно хватается за телефон.
— Вот, дело сделано, — говорит уже через пару минут, причем сияет, как майская роза.
— Что-то подозрительно быстро, — кошусь на нее с недоверием и подозрением. — Ты продала мою девственность? Если что — ее давно уже как бы… в общем, не существует.
— Дура ты, — показывает язык Танян и даже для дела пару секунд дуется, что я не ценю ее заботу. Но быстро переключается, потому что ей не терпится похвастать, какая она молодец. — Я записала тебя на быстрые свидания, на сегодня, на шесть вечера. Так что у тебя есть примерно три часа, чтобы закончить свои булки, надеть боевой раскрас и найти себе, наконец, нормального мужика.
