Только имей ввиду, — снова врубает мамкину строгость, — пока я его не одобрю — хрен он к тебе хоть пальцем дотронется.
— Ну отлично, прямо так и скажу ему в первые пять минут разговора.
— Лучше еще раньше, — на умняке говорит Танян. Потом с самым наглым видом вырывает страницу из моего любимого ежедневника, чуть не доводя меня этим до инфаркта, и что-то пишет на ней маркером.
Показывает.
«Осторожно, у этой телочки злая подруга!!!» — написано там.
— Вот это сразу держи в руках.
— Ага, как святое писание от неадекватов, — все еще не понимаю, как ей удается каждый раз втягивать меня в какие-то авантюры.
Но… почему бы и нет?
Во всяком случае у меня все равно нет других планов на вечер.
И я все равно ни с кем не буду ничего планировать: как бы там ни было, но лучший способ передохнуть от мужиков — это просто передохнуть от мужиков. Вообще. Абсолютно ото всех.
На быстрые свидания я одеваюсь, как рекомендуют в памятке для новичков, в удобную и комфортную одежду, максимально соответствующую моему повседневному виду и отражающую мой внутренний мир.
Судя по моему худи с глубоким капюшоном и надписью «Да *бись оно все конем!», джинсам и пацанским ботинкам, у меня очень… гммм… глубокий внутренний мир.
— А у тебя с Виноградовым в этот раз все серьезно? — спрашиваю Танян, когда оказывается, что записала она и себя тоже.
— Ой, да ну его в жопу! Мамочкин сынок! Пиздабол!
Милая женщина преклонных лет, которая все это организовывает и только что проверила наши данные, смотрит на нас как на двух говорящих крокодилов, но все-таки предлагает занять места за столами.
Когда начинается мое первое «экспресс-свидание», я чувствую себя человеком, которого пригласили на вечеринку и забыли сказать, что это будет вечер воспоминаний. Моему кавалеру лет под пятьдесят. Серьезно. И выглядит он не как мой папа, который молодится и бегает в качалку, как мальчик, а как среднестатистический маменькин пончик: с животом, в странном свитере и с прической какого-то советского кроя.
И рассказывает он только анекдоты.
Какие-то настолько древние, что я не понимаю их смысл. А когда имею неосторожность спросить, кто такой Леня Голубков, он прямо светится от счастья, потому что собирается меня впечатлить интересной беседой.
Моему второму кавалеру лет столько же, сколько и мне — ровно двадцать четыре."
"И он рассказывает о своей крутой тачке, которую ему подарил отец. И о его бабках, которые ему дает отец.
