— Возможно, вам захочется внести изменения. У меня есть перечень поставщиков по основным позициям, но, если вам потребуются специфические продукты, я найду альтернативные варианты и проведу переговоры.
— Полагаю, — делаю вид, что очень рада снова выглядеть круглой дурой, — нам понадобится много чая.
И даже если маленькая здравомыслящая часть меня понимает, что Юлиана, скорее всего, действительно не враг мне и старается быть профессионалом, я бы предпочла просто избавиться от нее. Лишь бы появился повод видеться с Бармаглотом хотя бы формально.
Глава восемьдесят девятая: Сумасшедшая
Я не люблю август за то, что он приходит как-то внезапно, когда я не успела понять, что лето уже подошло к концу, а сентябрь стоит на пороге с сизыми тучами и затяжными суточными дождями.
В первых числах августа мы, наконец, открываем кондитерскую, на которой висит красивая табличка в виде пышного дымящегося пончика, поверх которого «шоколадным» неоном написано: «Пряник». Название придумал Бармаглот, тогда оно показалось мне слишком простым, без изюма.
Кто пойдет в кондитерскую, которая проста даже в названии? Но в итоге все это выглядит очень мило и по-домашнему. И идея Юлианы сбавить пафос в духе «старой французской кондитерской, где заказывал пирожные сам Людовик Четырнадцатый», неожиданно, оказывается очень работоспособной. Мы немного пересматриваем меню, добавляем простых и всем понятных сладостей — пончики, кексы, рогалики и классические мини-торты, оставляем интересные воздушные печенья и добавляем пару моих личных рецептов, «от шефа».
В день открытия приезжают родители, а вместе с ними — толпа маминых подружек с детьми и внуками.
Много посетителей идут с рекламными флайерами, за обещанным эклером с лавандовым кремом. Но в итоге прилавки и запасы в холодильниках пустеют еще до полудня. Так что приходится снять красивый нарядный передник, в котором я позирую для рекламного ролика, чтобы вместе с парой помощниц взяться за дело.
Выдыхаем и разгибаем спины только после семи, когда официально закрываем кондитерскую и первый рабочий день.
Юлиана вручает мне букет цветов и охапку воздушных шариков.
Я очень стараюсь сделать вид, что не ищу среди роз записку от Бармаглота, но получается плохо, потому что Юлиана откашливается и говорит, как будто даже извиняясь:
— Это… просто от меня. Хотела, чтобы вы знали, что работать с вами было приятно и интересно.
