Забвение

Я не могла поверить, что она приняла это решение, не посоветовавшись со мной. Раньше мы были с ней всегда едины во мнении: о переезде не может быть и речи.

– Хьюго сказал, что подумает, чем он может мне помочь в плане работы в Колдуотере, но особо обнадеживать не стал. Его секретарь работает на него много лет и отлично справляется со своими обязанностями. Не думаю, что он станет увольнять ее ради того, чтобы меня осчастливить.

Я ошарашенно перевела взгляд на дом. От мысли, что в его стенах может поселиться другая семья, у меня скрутило живот.

А что, если они его перестроят? Что, если они сломают кабинет отца и с корнем выломают полы вишневого дерева, которые мы настилали все вместе? А как же его библиотека? Папины книжные полки? Они, конечно, далеки от идеала, но это был наш первый настоящий опыт в столярном деле. У этих полок был свой характер!

– Я пока не думаю о продаже дома, – ответила мама. – Как-нибудь выкрутимся. Кто знает, вдруг Хьюго осознает, что ему необходим второй секретарь. Что будет, то и будет.

Я резко повернулась к ней:

– А ты не потому ли так легкомысленно относишься к своему увольнению, что рассчитываешь выйти замуж за Хэнка и думаешь, что он станет нас содержать?

Это циничное замечание сорвалось у меня с губ прежде, чем я прикусила язык, и я сразу пожалела о том, что сказала. Такая грубость вообще мне не была свойственна. Но сейчас я настолько сильно боялась этого, хотя и не решалась в этом себе признаться, и это мой страх говорил за меня.

Мама оцепенела, а потом пошла от меня прочь через гараж, машинально нажав кнопку, которая закрыла за ее спиной дверь.

Я постояла на подъездной дорожке, разрываясь между желанием немедленно побежать за ней и извиниться и растущим во мне страхом от того, с какой легкостью она игнорировала мой вопрос. Значит, так оно и было. Она встречалась с Хэнком с твердым намерением выйти за него замуж. Делала именно то, в чем обвиняла ее Марси: рассчитывала на его деньги. Я знала, что с финансами у нас напряженно, но ведь мы как-то справлялись, разве нет? И я очень злилась на свою мать за то, что она опустилась так низко.

И злилась на Хэнка за то, что рядом с ним она принимала такие решения, которые никогда раньше не принимала без меня.

Я снова села за руль «фольксвагена «и поехала в город. Я превысила максимальную скорость километров на двадцать пять в час, но сейчас мне было все равно. Я не знала, куда еду, – летела куда глаза глядят, чтобы просто оказаться подальше от мамы.