Да и не хотел поднимать эту тему, боялся её ранить — всё-таки Минаева здорово подпортили им жизнь, а Яна такая мнительная, накрутила бы себя по полной, обиделась… Всё ждал подходящего момента, чтобы рассказать об этом невесёлом эпизоде в своей биграфии. Дождался. Теперь в итоге оказался трусом и предателем в её глазах.
Её маленький чемодан сиротливо стоял у стены, на полу в спешке сброшенный кружевной пеньюар…
Теперь она точно решит, что он намеренно скрывал правду всё это время, преследуя какие-то свои корыстные цели, наверняка даже слушать ничего не захочет.
И всё из-за Минаевой! Эта женщина отравила всю его жизнь и продолжает травить сейчас, и, конечно, не успокоится, даже когда они разведутся. Она словно вампир, не насытится, пока не выпьет все соки, до последней капли. Но и тогда ей будет мало.
Теперь она хочет привязать его ребёнком. Ещё чего! Этот этап они уже проходили когда-то, научен горьким опытом.
Никаких общих детей, только через его труп!
А с Яной он ещё поговорит, обязательно. Они встретятся, когда схлынут эмоции, и он всё ей объяснит, попросит прощения. Сейчас же нужно как можно скорее избавиться от балласта в виде бывшей жены. Окончательно вычеркнуть её из своей жизни.
Достал из кармана телефон и набрал нужный номер. Через четыре гудка в трубке раздалось сонное: «я слушаю».
— Пётр Германович, простите за столь поздний звонок, но дело не требует отлагательств.
— Я весь внимание, Ян Романович, — тон сразу же приобрел официальные ноты.
— Моя жена сейчас в России, нужно как можно скорее запустить бракоразводный процесс. Давайте встретимся утром и обсудим детали.
Часть 106. Яна
Яна
Нацепив маску примерной матери и жены, уныло помешивала остывший чай.
Голова раскалывалась — за целую ночь я ни на минуту не сомкнула глаз.
Сегодня должен был быть мой первый после отпуска рабочий день, но идти куда-то не было сил — позвонила Вере и взяла ещё один отгул.
Не хочу, ничего не хочу…
Надо же было быть такой дурой! Он женат, официально, и на ком — на этой противной девчонке Минаевой, которая превратилась в не менее противную женщину. Хотя, какая она Минаева — Набиева! Как она смотрела… надменный взгляд победительницы.
