Глупо было бы ожидать от него сейчас признаний в чувствах или заламывания рук от досады, что у меня всё сложилось.
Напряжение в воздухе звенело словно натянутая струна. Он молчал, и я тоже не знала, что ещё сказать. Если и был какой-то призрачный шанс к нашему сближению, то моё «да, счастлива» окончательно разрубило хрупкий мост над соединяющей нас пропастью.
— Суп готов, можно будить Богдана. Где у тебя тарелки?
Пока он, тихо гремя посудой, извлекал из шкафа приборы, пока я убирала крошки со стойки и разливала лапшу по тарелкам, Богдан проснулся сам и, мешаясь под ногами и постоянно всё переспрашивая, немного разрядил обстановку.
— Это самый лучший суп на всём белом свете! — уплетая за обе щёки, нахваливал Бо.
— Присоединяюсь — очень вкусно, — улыбнулся Ян, доедая свою тарелку.
Мне же ничего не лезло: ковыряясь вилкой в салате, без аппетита клевала овощи, запивая белым вином.
Я винила себя за нерешительность. Судьба дала мне второй шанс, но я снова обманула Яна и тем самым оттолкнула от себя.
А хотя, может, это правильно, и наше сближение привело бы к дальнейшей катастрофе? Разрушить старое просто, а вот построить крепкое новое — увы, задача в моём возрасте практически невыполнимая. Да и не предлагал он ещё никакого сближения, пора прекращать выдавать желаемое за действительное.
У входной двери раздался шорох, затем глухой стук каблуков о паркет.
Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это пришла она — обладательница красных туфель.
Часть 61
— Ой, какая замечательная картина! Я сейчас расплачусь от умиления! — она встала напротив, сложив ладошки у груди.
Высокая, невероятно красивая, с бесконечно длинными ногами и волосами из рекламного ролика. — Семейный ужин, как трогательно! А почему не при свечах?
— Таня, пожалуйста, только не устраивай концерт, — устало выдохнул Ян.
— А что не так? Я только за порог — даже ещё постель не остыла, как ты уже притащил сюда другую тёлку! Или кто это? Няня? — она подошла ближе, бесстыдно рассматривая меня с головы до ног.
— Нет, для няни слишком холёная, но для твоей новой пассии — слишком старая. Хотя выглядишь хорошо, не спорю. Но возраст, милочка, всё равно не скроешь.
— Зачем ты пришла? — в голосе сталь.
— Ты сам дал мне ключ!
— Я, наверное, пойду, — не слушая возражений Яна, быстро поднялась из-за стола и, отыскав свою сумочку, заторопилась к выходу.
— Иди-иди. Совесть хоть есть, это радует! — крикнула вслед Таня и скривилась в неприятной гримасе.
