Забытое

Черные крылья истрепались, как рваные тряпки, Тени почти исчезли. На шее и руках февра набухли жилы, а глаза стали казаться черными провалами в Бездну. Еще один невероятный, невозможный, немыслимый шаг. И Кристиан оказался рядом с Приором.

Из-под фиолетового капюшона раздался удивленный возглас. Ренегат отшатнулся.

— Какая изумительная мощь… Я действительно поражен. Энгар! Перережь горло Вивьен, нашей прекрасной Освободительнице Чудовищ!

И острое лезвие прижалось к моему горлу. Кристиан замер. И медленно опустил идары.

Приор рассмеялся, махнул рукой. Один из серых балахонов подкрался сзади и набросил на Кристиана сеть. Ее металлические ячейки вспыхнули голубоватым светом, и февр упал на колени, все ещё сжимая бесполезные клинки. Я увидела, как побелело его лицо.

— Не трогай Вивьен… мразь! — кажется, даже дышать Кристиану было трудно. Сеть что-то делала с ним, впивалась в кожу, прожигала ее. Не давала даже пошевелиться.

— Что губит нас быстрее всего? Любовь и вера.

И он откинул капюшон с лица. Я вздрогнула. Почему-то казалось, что под тканью скрывается чудовище. Урод. Дикий зверь в человеческом обличии.

Почему-то казалось, что на лице злодея должны отражаться все его злодеяния, все ужасные дела и все убийства. Но нет. На меня смотрел довольно привлекательный мужчина. У него был твердый подбородок и тонкие сухие губы, изгибающиеся в улыбке. Глубокие серые глаза внимательно осматривали порыкивающих чудовищ и все ещё пытающихся подняться легионеров.

— Довольно, — повторил он. — Я пошутил, февр Стит. И конечно, не причиню вреда Вивьен. С чего бы мне убивать единственную дочь? Я всю жизнь наблюдаю за ней. Но лишь сегодня мы познакомимся по-настоящему.

Он рассмеялся, глядя на изумленные лица людей. Позади усмехнулся ренегат и убрал лезвие от моего горла.

Приор сухо улыбнулся и простер руки. Желтый глаз артефакта на его груди блеснул, и сила снова придавила нас к земле. Еще мощнее, не давая даже головы поднять. Голос отступника прокатился усиливающимся эхо.

— Довольно битв! Довольно смертей! Хватит жертв! Я пришел не для того, чтобы наказывать. Я хочу принести истину. Правду, которую веками скрывал от всех Император.

Серый взгляд обратился к застывшим на коленях феврам.