Зачем цветет лори

Хотя, конечно, все поняли причину их остановки. Эта причина сейчас с безучастным видом смотрела в окно, аккуратно отламывала тонкими пальцами кусочки сдобы и отправляла в рот. И каждый из них старался не облизываться и дышать не слишком шумно, глядя, как она это делает.

Сумеречные не знали, были ли это чары, или просто девушка была красива, но от ее присутствия у всех слаженно перехватывало дыхание, и каждый из них ловил себя на таких мыслях, которые очень старался скрыть от остальных, но сны всем четверым снились примерно одинаковые.

Оникс на заявление аида не откликнулась и головы не повернула, хотя нежданная остановка ее обрадовала. Тело все еще болело после скачки в седле, к тому же любая остановка продлевает ей жизнь. И дает еще один шанс.

Доев, она поднялась и по привычке, как в обители, понесла тарелку на кухню. Аид перегородил ей дорогу так быстро, что она только вздрогнула. Подняла на него испуганные глаза.

— Иди наверх, — приказал он.

Оникс молча развернулась, поставила тарелку на стол и пошла к лестнице.

В своей комнате она походила из угла в угол, не зная, чем себя занять. На улице лил дождь, и в комнате стало темно и прохладно. Она застыла у окна, рассматривая водяные дорожки. Предательница-дверь даже не скрипнула, когда он вошел, так что Оникс уже привычно вздрогнула, ощутив обнявшего ее мужчину. Она вздохнула.

— Ты не можешь оставить меня в покое? — с тоской спросила она.

— Не могу, раяна, не могу. Меня тянет к тебе невыносимо. Ты должна быть благодарна мне.

Мы сейчас не трясемся в седлах под ливнем, а находимся в тепле… и уюте.

— За что мне быть тебе благодарной? Если бы я не встретила тебя, сейчас я была бы дома. Как же я жалею о том дне! Жалею, что не оставила тебя подыхать!

— Тебе так хорошо удается меня злить, раяна. Говори еще.

Оникс осеклась, почувствовав его возбуждение.

Он скользнул ладонями по ее телу. Сжал ей грудь.

— Я хочу посмотреть на тебя, — тихо сказал он. — Разденься.

— Да. Ты будешь делать то, что я говорю.

— А то что? — с отчаянием спросила она. — Будешь бить меня? Или снова причинять боль?

— Нет, раяна. Тебе — нет. Я буду причинять боль другим, например, нашей славной хозяйке. Я могу сделать ей очень больно… Хочешь?

Оникс передернула плечами. Чудовище.

— Разденься, — снова приказал он и отошел, сел в кресло, вытянул ноги.

Оникс не поворачиваясь скинула сапоги, торопливо стянула жилет, рубаху и штаны. Застыла, все так же глядя в окно, но уже не видя дождя.