Зачем цветет лори

— Я… — Он замер, не в силах оторваться от омута синих глаз. Чувствуя возбуждающий запах цветка, ощущая, как напрягается от ее присутствия тело.

— Все, что захочешь, — медленно протянула Оникс.

На короткий миг ей показалось, что серые глаза стали голубыми, и она моргнула удивленно, всматриваясь. Но нет, ей лишь почудилось.

Гахар кивнул и заставил себя отойти от девушки.

— Ты сможешь забраться обратно на балкон? — спросил он, стараясь не смотреть на нее.

Оникс кивнула. Ее тело было достаточно сильным и тренированным, она хорошо лазила по деревьям и скалам, и такая высота не внушала ей никакого страха.

Правда, сейчас девушка уже ни в чем не была уверена. Они слаженно посмотрели на конец веревки.

— Я… помогу, — как-то неуверенно сказал пес. Оникс снова удивленно на него посмотрела. Для Сумеречного Гахар был какой-то слишком мягкий, что ли? Хотя не ей судить, может, и среди псов встречаются нормальные люди? Она кивнула, и Гахар поднял ее, взяв за бедра, так чтобы девушка смогла ухватиться за конец веревки.

Она потянулась, поставила ноги в сапогах ему на плечи, торопливо оглянулась и полезла наверх, цепляясь за простыню и не обращая внимания на боль в разодранных ладонях. Доползла до перил и перекинула ногу, мельком порадовавшись, что аид не додумался нарядить ее в платье. Свалилась на балкон и посмотрела вниз. Гахар стоял, запрокинув голову, наблюдая за ее движениями.

Оникс кивнула ему и потянула несчастную простыню наверх, торопясь убрать, пока не вернулся аид.

В комнате девушка почистила одежду и привела себя в порядок. В ее душе медленно расправляла крылья птица надежды.

До самого утра никто, кроме прислужника, принесшего еду, в комнату не заглядывал. А на заре Оникс проснулась еще до первых петухов, быстро умылась холодной водой и оделась. Так что, когда за ней пришел аид, она уже была полностью готова и даже благоразумно надела перчатки, чтобы скрыть свои разодранные ладони.

Лавьер подошел к ней, внимательно посмотрел в глаза.

Оникс внутренне сжалась, испугавшись, что аид своим звериным чутьем узнает о ее попытке побега, о разговоре с Гахаром, догадается, поймет! Она накинула покрывало на кровать, надеясь, что до их отъезда прислужники не заметят испорченную простыню, которую Оникс затолкала в шкаф. Половину ночи, пока не заснула, она боялась, что Лавьер снова придет к ней и увидит голый тюфяк. И Оникс молилась небесным заступникам, чтобы не пришел. А потом провалилась в сон.