Зачем цветет лори

Гахар помотал головой, словно большая собака, пытаясь сбросить с себя наваждение, и отошел от нее. — Просто будь с ним ласковее. Цветок лори все сделает за тебя.

— И что же я должна узнать? — мрачно спросила девушка. Происходящее нравилось ей все меньше. — И почему я должна тебе верить? Ты даже не можешь снять этот аркан!

— Его можно снять, если у тебя будет вещь, достаточно долго пробывшая на теле Лавьера. Обязательно металл. В соединении с кристаллом это даст силу для временного разрыва магической петли.

— Этого будет достаточно, чтобы убежать. Примерно часов пять, может, шесть. На лошади за это время можно уйти очень далеко. Я помогу тебе скрыться, обещаю.

— И у тебя есть этот кристалл? — недоверчиво спросила Оникс. Он кивнул, вытащил из кармана маленькое стеклышко, протянул ей ладонь.

Девушка, конечно, слышала о таких кристаллах. Где-то на севере, в Льдистых горах, их добывали в подземных пещерах, и некоторые из них содержали толику силы, которую можно было высвободить, если разбить стекло.

В тех же горах находился Кристальный Грот, в котором, поговаривали, сто лет назад заснул великий прорицатель Белый Свет, и огромные кристаллы впитали силу и мудрость старца и теперь могли дать ответ на любой вопрос. Правда, делали это крайне редко.

— Настоящий? — не поверила Оникс. Как бы ни была она наивна, но знала, что под видом магических кристаллов ушлые торговцы продают обыкновенную слюду, а как отличить настоящее от подделки, девушка не знала.

Гахар снял перчатки, сжал кристалл в ладони.

— Настоящий магический кристалл всегда холодный, Оникс. Сколько ни держи его в ладони, не нагреется.

Он разжал руку и протянул ей. Девушка осторожно взяла кусочек стекла. И правда, холодный, не потеплел совершенно.

— Оставь у себя, будем считать это залогом. Видишь, я говорю тебе правду, раяна.

Оникс подняла глаза от созерцания стеклышка.

— И что же я должна узнать у аида?

— Для начала узнай, с кем он встречался в Тайлессе.

И пытайся не так откровенно показывать свою ненависть. Улыбнись, похлопай глазами, скажи что-нибудь хорошее. Ну, как это делают другие девушки…

— Я не знаю, как это делают другие! — хмуро буркнула Оникс. — И если я начну Лавьеру улыбаться, он быстро поймет, что дело неладно.

— А ты осторожно, Оникс. Ну же, попробуй.

Раяна закрыла глаза, представила себе лицо Катрана, открыла и ласково улыбнулась, с нежностью глядя на Сумеречного. Облизнула губы.