Зачет по любви

 – Почему мы не можем сначала встречаться, ходить на свидания, узнавать друг друга?

– Потому что мне уже не двадцать, – с грубоватой прямотой сказал Макс. – И потому что я работаю иногда по двенадцать часов в сутки, и тогда единственное время, которое мы сможем провести вместе, будет ночь. И эту ночь я хочу спать дома, с тобой под боком. Лик, чего ты боишься? Чем я тебя так напугал?

– Я боюсь, что ты можешь передумать, когда узнаешь меня поближе, – жалко пробормотала я, чувствуя, как глаза начинает печь от подступающих слез.

 – Я боюсь, что я могу передумать. Я боюсь, что у нас ничего не получится.

– Лика, девочка, – сказал Макс вдруг очень мягко, – ты сказала, что влюблена в меня. А ты ведь не похожа на ту, кто всем подряд признается в любви. Значит, я тебе на самом деле нравлюсь.

– Очень нравишься.

– И ты мне. Очень, – По его лицу скользнула светлая, какая-то мальчишеская улыбка. – Дай нам шанс. Давай попробуем. Попробуем быть вместе.

– Давай, – выдохнула я, ощущая себя так, будто мне только что сделали предложение.

"

"Я потянулась к Максу, он легко подхватил меня и усадил, словно маленькую, к себе на колени. Я прижалась щекой к его теплой, обтянутой футболкой груди и затихла, слушая ровный сильный стук сердца. И вдруг странным образом ощутила себя дома, как будто кольцо его сильных рук и было тем местом, которое я всегда искала и наконец нашла.

– Ну что, когда поедем за вещами? – спросил Макс, ласково целуя меня в макушку.

– Да как скажешь, – умиротворенно ответила я. – Можем хоть сегодня.

Только я забыла тебя предупредить: там крыса.

– Где крыса? У тебя в квартире? – напрягся он. – Кошмар какой. Тогда ты точно съезжаешь оттуда прямо сейчас.

– Нееет, ты не понял, это моя крыса! – захихикала я. – Ее зовут Элька, и она поедет вместе со мной. Это же не проблема?

По молчанию Макса я поняла, что-таки проблема.

– Элька ручная, – попыталась объяснить я. – Живет в клетке, много не ест и вообще очень забавная. И умная.

– Я не люблю крыс и мышей, – наконец сказал Макс.

– А каких животных ты любишь?

– Не знаю, у меня никогда никого не было.

Ни кошек, ни собак, ни всякой херни типа хомяков и попугайчиков. Сначала было нельзя из-за жуткой Светиной аллергии, а потом я много работал и мне было не до того, чтобы за кем-то следить. У меня даже сын до четырнадцати лет жил у моего брата, потому что я работал до ночи, а иногда и всю ночь.

– Бедный, – вырвалось у меня.

– Кто? Илья?

– Ты, – твердо сказала я и неловко погладила его по волосам.