Онлайн-библиотека книг
Поверх черного платья надета длинная золотая цепочка, на ней висят два каких-то непонятных украшения. Таня и Катя, сколько ни приглядывались, никак не могли понять, что это такое.
— А-а, — перехватив их недоуменные взгляды, улыбнулась Мария Александровна. — Это наши с Иваном Денисовичем обручальные кольца. Когда он скончался, я их стала вот так носить. Наверное, просто старческая причуда. Но мне кажется, мы с ним так как-то ближе. Ну, пойдемте пить чай. Мне тут вчера ваша Машенька дивный торт принесла. Со взбитыми сливками.
"Ребята внимательно смотрели на Марию Александровну. Поэтому никто не замечал, что творилось с Темой. Он тоже пожирал глазами старушку, и рот у него открывался все шире и шире. Когда же Мария Александровна отворила дверь в комнату, Тема с такой силой пнул в бок Олега, что тот вскрикнул.
— Ты что? — с возмущением обернулся он к другу.
Темыч в ответ состроил какую-то жуткую рожу и принялся тыкать пальцем в глубь коридора.
— Тебе, мальчик, плохо? — заметила его странное поведение старушка.
— Вообще-то нет, — прохрипел тот. — Просто пить захотелось.
— Тогда иди на кухню, — сказала Мария Александровна. — Заодно и чайник поставишь.
— Пойдем вместе, — наклонился Тема со зверским видом к самому уху Олега.
Тот, снова пожав плечами, двинулся следом за Темой в конец коридора.
— А нам ведь тоже на кухню надо, — водрузили на вешалку теплые куртки и шапки Женька, Катя и Таня. — Мы продукты купили. По списку Моей Длины… Маши Школьниковой.
— Спасибо. Какие вы молодцы, — обрадовалась старушка.
И она кинула выразительный взгляд на угол у двери, где стояла палочка.
Затем она было двинулась следом за ребятами в коридор, но в последний момент передумала.
— Раз уж вы шефы, то разбирайтесь сами, — засмеялась она. — А я лучше пока чашки на стол поставлю.
Кухня располагалась в другом конце коридора. По пути в нее ребята насчитали три двери.
— Бедная, — посочувствовала Таня учительнице.
«Блеск и нищета генералов» везде давали о себе знать. Обои потускнели от пыли и времени. Кухонные столы и шкафчики рассохлись. Потолок стал серым от копоти.
— Обстановку бы здесь поменять, — деловито заметил Женька. — И ремонтик. Тогда бы…
— Вечно тебя волнует всякая чепуха, — перебил его Тема. — Тут… Тут…
Он осекся. Глаза у него лихорадочно блестели.
— Что с тобой? — хором спросили ребята.
