— А чего ждать-то, если его убили! — с такой силою проорал Женька, что зазвенела люстра на потолке.
— Убили и ограбили, — без тени сомнения произнес Пашков.
— Во-первых, мы пока еще ничего не знаем, — охладил их пыл Олег. — А во-вторых, прежде, чем в Клин отправляться, надо изобрести убедительный предлог.
— Как будто вы вспомнили что-то важное, — уточнила Таня.
— Правильно, — поддержал ее Олег. — Но для этого надо действительно вспомнить.
— А что? — уставились на него трое путешественников.
— Это уж вам виднее, — ответил мальчик в очках.
— Тогда давайте вспоминать! — потребовал Женька от Лешки и Темыча.
— Сомневаюсь, что в таком состоянии это вам удастся, — медленно проговорил Олег.
В гостиной повисло молчание. Все шестеро уже понимали: происшествие в электричке вполне может оказаться преступлением.
— Может, майору Василенко расскажем? — предложил Темыч. — Он бы тогда связался с Клином и…
— И что? — пожал плечами Олег.
— Ну, Владимир Иванович мог бы выяснить результаты вскрытия, — сказала Таня.
— И скорее всего убедился бы, что мы напрасно подняли панику, — добавила Катя.
— Хотя, — задумчиво начал Олег, — слишком уж много странных совпадений…
Тут опять зазвонил телефон. На проводе оказалась мама Темы. Она требовала, чтобы сын немедленно возвращался домой.
— Мы уже разбегаемся, Надежда Васильевна, — успокоил ее Олег.
Друзья кинулись в переднюю одеваться.
— Так мы ничего и не вспомнили, — горестно проговорил Женька."
"— Утро вечера мудренее, — ответил Олег.
— Завтра после уроков помозгуем над этим делом на свежую голову.
Глава IV
РЕВНОСТЬ И ТЕСТЫ
Утром друзья, как обычно, встретились возле школьной калитки.
— Ну, ты совсем, Темочка, у нас сегодня красавчик, — залюбовалась Катя синяком у него под глазом.
— Очень смешно, — проворчал Темыч. — Мне вчера за эту красоту дома влетело. Даже мать заметила.
— Ну, да? — изумились друзья.
Темина мама Надежда Васильевна большую часть жизни проводила в беседах по телефону с многочисленными подругами.
Все остальные события воспринимались ею смутно. Она их расценивала как досадные помехи, из-за которых приходится прерывать беседы на самом интересном месте. Однако вчера вечером она проявила невероятную для себя наблюдательность. Заметив заплывший глаз сына, она развила кипучую деятельность.
После длительных телефонных консультаций с пятью закадычными подругами ей удалось выйти на какого-то профессора-офтальмолога, который был без пяти минут академиком.
