— Как эта? Почему эта? — вытаращился Лешка.
— Ахметов! Что с тобой? — не на шутку встревожившись, пожилой литератор выскочил из-за стола и склонился над Маратом.
— Нога! — проорал тот. — Вызывайте «Скорую»!
«Классно притворяется, — отметил про себя Пашков. — Только жаль, все перепутал. Но орет хорошо. Вон как Роман засуетился».
Решив усилить драматизм ситуации, Лешка укоряюще посмотрел на литератора:
— Видите, Роман Иванович. Теперь всем ясно, почему мы на ваш урок опоздали. Без нашей помощи Марат давно бы упал.
Представляете, если бы это случилось на лестнице?
— На лестнице, вероятно, было бы еще хуже, — смущенно пробасил Роман Иванович. — Ну, Ахметов, — схватился он за свободную от гипса ногу Марата. — Скажи, где у тебя болит?
Ахметов дернулся и взвыл пуще прежнего:
— Везде у меня болит.
— Плохо дело, — поднялся с корточек литератор. — Боюсь, Ахметов у нас вторую ногу сломал.
— Точно, сломал! — с уверенным видом произнес Женька. — Маратка у нас такой. Он может.
Компания с Большой Спасской переглянулась.
Все они не меньше, чем Пашков, восхищались представлением, которое закатил Ахметов. Похоже, у него проявился настоящий актерский талант."
"— Елки-палки! — словно бы прочитав их мысли, подстреленным тигром взревел Марат. — Чего ж я теперь буду делать с двумя сломанными ногами?
— Успокойся, — подыграл ему Пашков. — Мы — твои друзья. И в беде тебя не оставим.
Марат неожиданно перестал корчиться и стонать. Смерив Лешку мутным взглядом, он прохрипел:
— Савушкин, ты меня только подними.
А Пашкову я сам врежу.
— Ахметов! — всегда стоял за справедливость Роман Иванович. — Я, конечно, понимаю, что тебе больно. Но на Пашкова ты нападаешь зря. Он тебе помогал. А свалился ты сам, без чьей-либо посторонней помощи.
— Не обращайте внимания, Роман Иванович, — махнул рукою Пашков. — Это у Марата просто галлюцинации от болевого шока.
— Сейчас у тебя будут галлюцинации!
Сжав кулаки, Ахметов хотел приподняться, но немедленно вновь со стоном схватился за ногу.
— Сколько тебе раз твердить, — прошептал ему в самое ухо Лешка.
— У тебя в гипсе другая нога. Вот за нее и хватайся.
— Да у меня теперь эта нога болит, — ответил Ахметов и попытался съездить Пашкова по уху. Тот увернулся.
— Давай-ка, Пашков, займись делом, — распорядился Роман Иванович. — Беги в учительскую вызывать «Скорую помощь».
— Да, может, у него еще так пройдет, — не торопился исполнять приказание Лешка. «Только «Скорой» нам не хватает, — про себя добавил он.
