Пуаро вынул три тонкие полоски бумаги.
– Письмо, mes amis,[58] написано непосредственно убийцей. Если бы оно было составлено в более понятных выражениях, возможно, миссис Инглторп, предупрежденная вовремя, избежала бы трагической гибели. Она почувствовала опасность, но не поняла, в чем эта опасность заключается.
В мертвой тишине Пуаро приложил полоски разорванной бумаги друг к другу и прочитал:
«Моя дорогая Эвлин!
Ты, вероятно, беспокоишься, не получив никаких известий. Все в порядке… только вместо прошедшей ночи это произойдет сегодня.
Ты понимаешь! Наступят хорошие времена, когда старуха будет мертва и убрана с дороги. Никто не сможет обвинить меня в преступлении. Твоя идея с бромидом была гениальна! Но мы должны быть очень осторожны. Один неверный шаг…»
– Здесь, друзья мои, – сказал Пуаро, – письмо обрывается. Должно быть, писавшему помешали, но нет никакого сомнения в том, кто он. Мы все знаем этот почерк и…
Крик, скорее похожий на визг, разорвал тишину:
– Дьявол! Как ты его раздобыл?!
Стул упал.
Пуаро ловко отскочил в сторону. Незначительное движение, и нападавший с грохотом свалился на пол.
– Мсье, мадам! – с эффектным жестом произнес Пуаро. – Позвольте представить вам убийцу – Алфреда Инглторпа!
Глава 13
Пуаро объясняет
– Пуаро! Старый разбойник! – воскликнул я с негодованием. – Я бы вас задушил! С какой стати вы так меня обманывали?!
Мы сидели в библиотеке. Позади осталось несколько суматошных, беспокойных дней. В комнате внизу Джон и Мэри снова были вместе.
Алфред Инглторп и мисс Ховард находились в тюрьме. Теперь мы с Пуаро были одни, и он мог наконец удовлетворить мое жгучее любопытство.
Он долго не отвечал на мой вопрос.
– Я не обманывал вас, mon ami, – помолчав, сказал он. – Самое большее – я разрешал вам обманываться.
– Да, но почему?
– Ну, это довольно трудно объяснить. Видите ли, друг мой, у вас такой честный, открытый характер, что прямо на лице все написано… Enfin,[59] вы не в состоянии скрывать ваши чувства! Если бы я посвятил вас в мои мысли, то при первой же вашей встрече с Алфредом Инглторпом этот ловкий джентльмен почуял бы неладное! И тогда bonjour[60] всем нашим планам его поймать!
– Полагаю, у меня больше дипломатических способностей, чем вы думаете.
"
"– Друг мой, – принялся уговаривать меня Пуаро, – прошу вас, не сердитесь! Ваша помощь была для меня бесценной. Только исключительное благородство вашего характера вынуждало меня хранить молчание.
