Загадочный пациент

Дальше я приду за ним, сожгу его тело, скормлю ему килограмм мышьяка, пусть жуёт, не подавится.

- Нужно решить дела. Закончить все, а потом сможем ехать обратно в Монако.

В палате душно и пахнет лекарствами, мне кажется, что тут витает смерть, это угнетает. Майлз неестественно бледный, его кожа синяя, будто сердце не гонит кровь по венам. Зрелище пугающие.

Алан сидит рядом со мной уже час, мы ждём, когда он проснётся.

Не говорим не слова, не делимся переживаниями, просто ждём.

Все должно быть хорошо.

- Ну привет, папочки. – слабо говорит друг, его голос очень слаб, вернулись хрипы, но он в здравом уме. Я с облегчением выдыхаю.

- Привет, сынок. Как спалось?

- Отлично, не было ни Вас ни проблем.

- Ну если вернулось твоё отвратительно чувство юмора, значит все не так плохо! – усмехаюсь, подходя к нему ближе.

Майлз открывает глаза, которые сильно покраснели.

- Как она? – спрашивает он, выдыхая и глядя на меня умоляюще.

Приходится сжать челюсть до хруста. Я знаю этот взгляд.

Также смотрю, когда дело касается Мониши. Какой бы не был мужчина, как бы он не был жесток, если дело касается его семьи, женщины и детей, он становится тряпкой, согласным на все что угодно ради их защиты и благополучия. Слабость отрицать это.

- С ней все хорошо. – уклончиво отвечаю я. – С ней занимается доктор. Скоро Яна совсем покинет ее.

При этой новости глаза друга немного заволакивает нескрываемая грусть. Его можно понять.

- Ты сделал, что я просил?

- Да. Хочешь ее увидеть?

Майлз отвечает не сразу.

Сначала закрывает глаза, обдумывая моё предложение.

- Нет, не нужно. Не хочу ее видеть.

Дни пролетают мимо меня невыносимо быстро. Каждый день ко мне приходит психолог, который занимается со мной, вводит в состояние гипноза и правит то, что со мной сотворил Алиев. Постепенно Яна уходит, оставляя мне только свои воспоминания, с которыми я пока не понимаю, что делать.

Они обрушиваются на меня лавиной, прожигая мою душу, оставляя в ней чёрные дыры.

Совершенно не знаю, что мне делать с информацией, которая накрывает меня с головой.

Я вспоминаю абсолютно все. Что хотела бы знать, и что нет…

И мне становится невыносимо стыдно и больно.

На одном из сеансов гипноза, когда балом правила Яна, психолог говорил с Алиевым, обсуждая нового пациента. Тот расспрашивает, правда ли то, что пациент — тот самый Майлз, правая рука Луки Гроссерия, он очень хотел разузнать о его состоянии здоровья.