И сколько пехотинцу той землицы перекидать-перелопатить за войну пришлось, ни один бульдозер не осилит, сломается. Вот и зарывались.
К вечеру вполне приличные окопы вышли. Уже в сумерках пришел комвзвода, оглядел окопы и остался доволен:
— Молодец, основательно окопался.
— Гранат бы нам, товарищ лейтенант.
— Знаю, да где их взять? У пулеметчиков, что за нами, патронов — на полчаса боя.
М-да, хреновато. Готовились к войне, разные общества создавали, вроде «Осоавиахима», на значки ГТО нормы сдавали, а грянула война — не готовы оказались.
Как у наших коммунальщиков — зима пришла неожиданно.
— Действуй по обстановке, держись. Если что — я рядом с пулеметчиками буду, на высотке. Оттуда весь взвод виден.
Утром, едва рассвело, на холм выскочил мотоцикл с коляской. Пулеметчики с пригорка дали из «Максима» короткую очередь, но мотоциклист крутанулся и невредимым скрылся за холмом. Похоже, разведка, значит, вскоре надо ждать подхода основных сил.
И немцы не заставили себя ждать.
На пригорок выехали две бронемашины и начали интенсивную стрельбу из пулеметов.
А затем из-за холма пехота появилась — две густые цепи. Спустились в долину и — давай от живота из автоматов поливать. Далековато еще для автоматного боя, но немцы патронов не жалели. Выпустит автоматчик магазин, достанет из-за голенища широкого новый и снова огонь ведет. Жутковато: пули над головой свистят, в бруствер окопа шлепаются, вздымая фонтанчики пыли.
— Приготовиться к отражению атаки, — скомандовал я.
Защелкали затворы винтовок.
С позиций соседних отделений захлопали выстрелы. Эх, рановато вы, ребята, чего попусту патроны жечь? Пусть поближе подойдут."
"Вот уже различимы лица. Сто пятьдесят метров, сто… Пора, иначе сомнут.
— Огонь!
И сам стал стрелять скупыми — по три-четыре выстрела — очередями.
У немцев появились потери, но это их не останавливало.
Вот какой-то немец, похоже, унтер, с нашивками на рукаве, руками машет и что-то кричит. Я прицелился, дал очередь. Унтер упал. Надо выбирать офицеров или фельдфебелей.
Только издалека погон не видно. Стоп! У рядовых — автоматы или винтовки. Стало быть, надо выцеливать тех, у кого в руках пистолеты. Вот бежит такой, в правой руке пистолет поблескивает. Я прицелился, дал очередь! Готов!
А немцы все ближе и ближе.
От окопов соседнего отделения раздалась команда:
— Примкнуть штыки!
Черт! В штыковую атаку «комод» собрался свое отделение вести — выкосят ведь! Я же продолжал вести огонь из автомата.
