В течение следующих пары минут он поразил ещё двоих, один из которых попытался оказать помощь подстреленному, а второй спрятался за маскировочной сеткой, почему-то посчитав достаточным такой способ укрытия от работающего снайпера.
Сменив позицию, стали вести наблюдение, и вскоре увидели, как едва ли не строем вдоль лесополосы к вражеским позициям подошли двенадцать человек. Минут через пять они снова вышли на дорогу, по четверо вынося плащ-палатки с подстреленными.
Крылов уже собирался стрелять из крупнокалиберной винтовки АСВКМ через ветки деревьев, как Юра остановил его.
- Обожди, Стас. Дай им выйти на открытое место.
- Далеко будет, - Крылов выразил свои опасения.
- Для тебя? – усмехнулся Трофимов.
Кривизна рельефа вскоре вывела группу эвакуации на такое место, которое просматривалось поверх лесополосы, в которой находился опорник.
- Тысяча сто двадцать, - сказал Максим, измерив дальность.
- Тысяча сто двадцать пять, - возразил Федосов, так же измеривший дистанцию стрельбы.
- Они в движении, - командир пресёк разногласия.
– Работаем. Целиться в жэ-жэ…
- Куда? – не понял Крылов.
- Живот-жопа, - пояснил Романов.
- Принял, - расхохотался Стас. – Работаем…
- Огонь по готовности, - сказал старшина.
Группа эвакуации представляла собой большую групповую цель, промахнуться по которой было невозможно. Хлопнул «Манлихер», и почти сразу за ним оглушительно ударила АСВКМ. Расправа заняла не более десяти минут. Юра израсходовал восемь патронов, Стас выстрелил десять. До ближайшей лесопосадки, укрываясь от огня снайперов, смогли добежать только четверо – остальные остались лежать.
Кто-то из них ещё шевелился, но обстоятельства складывались не в пользу этих несчастных людей – оказать им помощь было некому, а локализация полученных ранений не предполагала сохранение жизни в отсутствии квалифицированной медицинской помощи.
- Это вам за Гришку Свиридова, - сказал Стас в наступившей после завершения стрельбы звенящей тишине.
Если быть точным, убитые украинские солдаты не имели никакого отношения к смерти молодого командира роты, а принимали сейчас месть за всех своих соратников, противостоящих в вооружённой борьбе российским войскам.
Месть, в отсутствии четко выраженных идеологических смыслов, давно уже стала главным мотивирующим фактором войны, бытующим на уровне непосредственных исполнителей."
"Снявшись с места, снайперская группа отошла в другую лесопосадку. Здесь было решено перед возвращением на «базу» немного отдохнуть.
