Понаблюдав, как Лёня запускает на разведку «Мавик», Юра вернулся в «свой» дом, где выслушал короткий доклад старшины, оповестившего его о замеченных в поле передвижениях за пределами дальности снайперского огня. Практически сразу ожила рация.
- «Восток» – «Утру»!
Юра прижал кнопку передачи:
- «Утро», «Восток» на связи.
- Вижу движение. Со стороны Петровки три группы пехоты по десять человек.
- Сейчас вернусь к вам, - сказал Трофимов.
- Началось? – спросил Максим.
- Да, - кивнул Юра. – Почався в колхозе ранок.
С чердака, где сидела группа Ларина, были хорошо видны перемещения противника возле коровника, расположенного между Николаевкой и Петровкой. С той стороны уже раздавались выстрелы стрелкового оружия и разрывы гранат."
"Антон лежал на полу в готовности открыть огонь из АСВКМ. Андрей Шитников сидел за трубой наблюдения, выискивая достойные цели. Лёня находился тут же, в углу, в планшет рассматривая обстановку со своего «Мавика», который висел где-то над врагом.
- Левый угол правого коровника, - громко сказал он.
– Сейчас выйдет несколько человек, принимайте!
Ларин немного сместился, чтобы поймать в прицел указанное место – и буквально сразу увидел двух вражеских солдат.
- Работаем, - сказал Антон и потянул спуск.
Юра не успел закрыть уши и оглушительный выстрел на некоторое время лишил его слуха, больно отозвавшись в вечно контуженой голове.
- Если будет тяжело, оттягивайтесь к школе, - крикнул Трофимов. – Как мы действовали в прошлый раз!
- Я понял, - так же громко отозвался Ларин.
Юра спрыгнул с крыши и побежал обратно в дом, где остался Романов. Тот, вместе с Мосиным и Потаповым уже перебрались на чердак и высматривали возможные цели.
- Командир, плохо дело, - Максим махнул рукой в сторону Петровки: - Танки. Я насчитал шесть штук. Сейчас они нам почешут спинки.
Вражеский артиллерийский обстрел заметно усилился и один снаряд разорвался совсем рядом с домом, сбив с крыши несколько листов шифера. С правой стороны группа оказалась оголена.
Близкий разрыв заставил Юру схватиться за голову – невыносимая боль на миг буквально парализовала его.
Танки встали в «карусель» и, появляясь из-за естественных и искусственных укрытий, принялись «выносить» очаги обороны на окраине села. Огонь вёлся осколочно-фугасными снарядами и дома стали разлетаться, будто были сделаны не из кирпича и камня, а из картона и фанеры.
Романов сделал пару выстрелов, но попаданий не добился.
