Горячев резко вырвал руку и отступил назад, ему стоило больших сил оторвать взгляд и шагнуть к следующему раненому, слыша за спиной вой человека, которому помочь было уже невозможно.
У второго несколько осколков посекли ноги и руки. Парень судорожно закрывал ладонями пятна крови, расплывающиеся на ногах выше колен.
- Жгут твой где? – спросил Петр.
- Нету… - выл мальчишка. – В «бэхе» оставил. Я же не знал, что так будет…
Сержант выругался на него матом, доставая свой турникет.
- Ногу вытяни, - попросил он.
Накинув петлю турникета, и подтянув его к самому паху – так как установить точное место ранения было сейчас невозможно, и нужно было перекрывать весь поток – стал быстро закручивать вороток. Раненый взвыл от боли.
- Кто есть, все сюда, - раздался над ухом громкий голос Галеева. – Раненых заносим в дом! Скорее!
В воздухе снова раздался свист мины.
- Мина! – крикнул Петр, - все на землю!
На этот раз мина разорвалась метрах в пятидесяти, за двумя заборами. Подбежал Свиридов, который только сейчас нашёл в себе силы подняться с земли ещё с первого взрыва.
- Лейтенант, - Петр сверкнул глазами, - командуй! Пусть всех раненых несут в дом! В подвал! Нас сейчас начнут крыть очень плотно!"
"От вида разорванных тел, минуту назад бывших его подчинёнными, командир взвода несколько мгновений пребывал в ступоре, но потом нашёл в себе силы вернуть самообладание. Подбежали ещё два бойца. Под руководством лейтенанта они подхватили одного из раненых и понесли к одноэтажному дому.
Петр достал перевязочный пакет, разорвал оболочку, стал наматывать его на вторую ногу раненого пехотинца, предполагая, что именно здесь находится ранение, красящее кровью штанину бойца. В это время Рустам и лейтенант Свиридов подняли и потащили к дому следующего.
- Поднимайся, - приказал Петр раненому, ухватив его за снаряжение.
Боец с трудом привстал, но оказалось, что стоять он может только с опорой на одну ногу – очевидно, что на другой была перебита кость.
Горячев подставил плечо, и они поскакали к воротам двора дома, куда начали стаскивать раненых. В этот момент прилетела третья мина, она разорвалась метрах в тридцати, и пока Петр поднимался снова на ноги, прилетела четвёртая – которая разорвалась буквально в десятке метров за деревянным сараем. У сарая взрывом сорвало крышу, и она перелетела в соседний двор.
- Давай сюда, - лейтенант махал из открытого гаража, пристроенного к дому на одном уровне.
