- Разрешите продолжить? – спросил начальник разведки, и когда комбриг взглянул на него, тот сказал: - В течение ночи вынесено на пункт эвакуации семьдесят шесть тяжёлых раненых, вышло самостоятельно сто восемьдесят пять, около сорока человек вышли из села, но к пункту эвакуации не дошли. Неизвестное количество раненых остаётся в Петровке.
- Безвозвратные?
- Из числа подсчитанных, на этапах выдвижения, при начале штурма, и в ходе штурма в самом селе – около ста пятидесяти. Данные уточняются, они будут расти, товарищ полковник.
Сильно расти.
- Что ты на меня так смотришь, майор? – вдруг громко спросил Михайлов. – Думаешь, что будет, если всё это разом привезут в область? А не надо разом! Чтобы нас с тобой не разорвали родственники мобилизованных, приказываю убитых отправлять партиями, не более десяти человек за раз! Всем всё понятно?
- Мы так до лета гробы отправлять будем, - вдруг сказал Савельев – его лицо не предвещало ничего хорошего: - Товарищ полковник, на вашем месте после такого «результата» я бы застрелился.
Не надо было начинать войну без снарядов.
- Я только твоего совета не спросил, - огрызнулся командир бригады. – Ты уже передал людей в штурмовые отряды?
- Нет, - ответил Савельев. – Я не позволю из своих артиллеристов делать «пушечное мясо». Вы, ради удовлетворения своих амбиций, готовы гнать на убой всё новых и новых людей, надеясь численным превосходством завалить оборону Петровки, умыть кровью эту деревню. Не слишком ли высока цена за село в три улицы, товарищ полковник?
- Вы смеете обсуждать приказы? – Михайлов чувствовал, как теряет контроль над собой – единственное, что ему сейчас хотелось, это ударить Савельева кулаком в лицо, и единственное, что его сдерживало, это понимание того, что Савельев не станет подставлять вторую щёку.
- А вы отдайте мне письменный приказ, - сказал Савельев. – Я настаиваю. И я его сразу исполню.
Андрей тоже уже был на грани, чтобы не кинуться на комбрига с кулаками.
- Товарищ полковник, я подготовил документы, - в разговор вмешался начальник штаба.
Михайлов перевёл взгляд на Серова:
- Подпишите их.
- Без вашей подписи я не имею права, - ответил Сергей.
- Подписывайте, - твёрже сказал командир бригады. – Я приказываю.
- Ваша подпись, - твёрже сказал начальник штаба.
Николай почувствовал, как закипает в голове кровь – наверное, давление шагнуло за двести. За прошедшие сутки бригада потеряла несколько сотен человек, которые пошли в бой по его, Михайлова, воле.
