Я понимаю, что в гибели дозора виноват он. Но как его в этом обвинить, если объективно и реально у него нет никакой возможности организовать службу так, чтобы бойцы не спали на постах. И если бы это было только у него… представь, что происходит на уровне полков, бригад, дивизий…
За разговорами они вышли к позициям на окраине села, где их встретил Свиридов и огорошил новостью:
- Нашёлся один боец из дозора. Интересные вещи рассказывает…
Каренин чуть не встал в охотничью стойку:
- Где он?
- На кэпэ у меня сидит.
- Идём!
- Разрешите поприсутствовать? – спросил Трофимов. - Интересно очень.
- Да, конечно, - кивнул Каренин. – Будете даже кстати.
Боец сидел на стуле, когда в помещение вошли офицеры. Контрактник встал.
- Майор контрразведки Угрюмов, - представился Каренин. – Мне необходимо вас допросить.
- Рядовой Щербаков, - представился пехотинец. – Стрелок-санитар третьего отделения.
Трофимов вспомнил этого бойца – он находился в составе дозора, когда снайпера днём устроили противнику показательную порку.
- Рассказывайте, как обстояло дело, - предложил Валентин.
Он сел за стол, определив место допрашиваемого перед собой – причем, стоя. Боец встал, руки по швам.
- Днём мы не видели у хохла никакого движения, - сказал солдат.
- То есть, не обнаружили активности противника на линии боевого соприкосновения, - уточнил Каренин.
Щербаков кивнул.
- Потом Ларец сказал, чтобы я и Кипеш спали до вечера, а ночью бы не спали, а дежурили.
- Старший дозора распределил среди личного состава время отдыха и бодрствования, - сказал Валентин.
– Понятно. Что было потом?
- Потом я проснулся от громкого хлопка. Нет, не выстрела, а такого хлопка, как в ладоши если хлопнуть. Был вскрик, потом была какая-то возня, потом Ларец громко попросил его не убивать и всё затихло.
- Вы услышали применение бесшумного оружия и последующую рукопашную борьбу сержанта Ларцова с украинскими диверсантами, в результате чего старший наряда погиб. Что было дальше?
- Я стал смотреть, но было темно, и я ничего толком не видел.
Слышал голоса, они переговаривались. Потом слышал, как кто-то громко сказал «вылазь, кацап», потом Никитос тоже просил его не убивать, а они ему сказали идти с ними.
- Вы стали свидетелем того, как в плен к врагу сдался рядовой Никитенко. Вы как-то препятствовали действиям противника?
- Да, - боец обернулся на Трофимова, словно боялся, что тот начнёт его бить. – Я выбрался со своей лёжки, и пополз в сторону деревни.
