На позицию заходили ночью сразу три пары снайперов – одна пара должна была остаться здесь, остальные несли еду, воду и боеприпасы, а также изучали подходы для последующей ротации. К утру оставшаяся пара успела тщательно замаскироваться, благо растительность вылезла уже достаточно хорошо.
Помимо боезапаса, воды и еды, сюда занесли запасные аккумуляторы к радиостанциям, тепловизору и прибору ночного видения. Замысел предполагал непрерывное нахождение снайперов в секрете в течение трёх суток, чтобы исключить их обнаружение в процессе ротации.
Это было крайне актуально, так как противник с помощью коптеров мог контролировать буквально каждый шаг. Наиболее опасные подходы в течение первой половины ночи Воробьёв закрыл тремя осколочно-направленными минами МОН-50.
Так надолго, на трое суток, снайпера заходили из-за того, что подразделения, находящиеся в Николаевке и Петровке, постоянно терпели на себе работу вражеских миномётов, корректируемых с помощью вездесущих дронов. Едва ли не ежедневно появлялись раненые и убитые, и практически во всех случаях эти потери были обусловлены бесконтрольным хождением личного состава по селу, при том, что и ротные, и комбат постоянно требовали от подчинённых соблюдения хотя бы самых простых правил маскировки.
Но, как говорится, приказ – это одно, а жизнь – это другое. У людей постоянно возникала необходимость куда-то ходить – то за водой, то за едой, то за сигаретами, то просто посмотреть, где и что плохо лежит – и всё это было под наблюдением врага, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Накладываем сюда постоянную усталость, недосып и апатию – и получаем на выходе безразличное отношение к происходящему. В случае со снайперами требовалось сохранить максимальную скрытность, и как выход – создать им условия для длительного пребывания в замаскированном секрете.
***
- Доброго ранку, товарищ майор, - Шаманов улыбался, радуясь встрече. - Будем работать вместе с вами.
- Рад тебя бачить, - ответил Трофимов.
– Павлов предупредил, что вы подъедете."
"Командир группы специального назначения Сергей Шаманов уже считался опытным офицером. С одним пистолетом и двумя гранатами он лично ходил на агентурные встречи в районы, контролируемые противником, где встречался с нужными людьми, принимал информацию, передавал им указания и средства для разведывательной работы. Офицер также занимался наведением артиллерии на выявленные цели и нанёс врагу серьёзный урон.
