Захват Московии
2 прочтения
Исидор встал у окна, вытянул руку:
О! Тут я понял, как плохо знаю русский язык — всего несколько слов были мною поняты, но я не стал спрашивать, потому что Исидор стал читать дальше, возвысив голос и тряся кулаком:
— «Каркас баркаса ржав, костяк хребтины шаток, труха нутра гниет с утра…»
— Это такое… анти, да? — уловил я.
Исидор довольно кивнул, стал похож на большого ребёнка, потоптался возле занавески:
— «Супостат и остолоп доедали эскалоп, съели ножку, съели две — зашумело в голове»… Есть еще динамичное, даже можно в оперетту переделать, — и, выставив ногу, Исидор нараспев стал говорить:
— «Отведайте чуть-чуть сей лакомый обед, тут собран весь сюжет!.
Хоть эти стихи мне показались не совсем в норме, я всё-таки похвалил их, надеясь, что граммар-наци оставят меня в покое и уйдут:
— Да, очень, очень, креативно… — (Сам думая, как понять слово «зубостат» — «зубная статистика», что ли?)
Эта похвала Исидору понравилась, и, когда я ещё раз сказал про «надо уходить-уйти», он тут же согласился:
— Ну, у вас дела и у нас дела, мы пойдем… Когда будет акция — предупредим…
На это Исидор сказал, что было бы желательно — для партии — оставить у меня до вечера рюкзак с листовками — таскать трудно.
— До встречи. Так Фрол завтра заберёт?
«При заборе!» — вспомнил вдруг я старика в камере:
— А там… ничего? Опасное, запретившее?
— Разве печатное слово может быть опасным в нашей стране? — улыбнулся Исидор. — У нас только деньги опасны, всё остальное — ерунда. Вы не согласны, что не может быть светлого завтра у страны, чей президент употребляет такую вот, например, лексику: какая-то идея его «заводит», его «что-то торкнуло», «надо разрулить ситуацию», «долбануло по всем», «безработица попёрла наверх», «всяких структур у нас завались», «голимый пиар»?.