Захват Московии

Всюду де-юре всё чисто, а де факто — очень, очень грязно… как в морге…

— У нас в морге очень чисто. — Я вспомнил передачи по «Kabel 1», где часто трупы в моргах показывают.

— Ну так это у вас… А у нас очень грязно… Всё, приехали… Вот ресторан…

Я увидел старинный дом с верандой, где стояли плетёные столы и стулья, на вывеске — надпись «ЧАККА-ПУЛЛИ», над буквами КК и ЛЛ изображены звездочки салютов, машет рукой из ракеты космонавт Гагарин…

К полковнику подлетел худой юноша и стал помогать ему подниматься по ступеням.

— Не, я рубнул уже… — ответил тот из машины.

— Ладно. Захочешь — скажи вертухаям, чтоб хин-кали принесли. А так — отгони в уголок и спи, через час-другой выйдем. Только шторки опусти, чтоб не сказали, что милиция на посту дрыхнет.

Нас с помпой усадили за стол, миленькие чёрненькие шустроглазые официанточки подбегали здороваться, полковник целовал их — кого в щёчечку, кого в лобчик. Со всех сторон слышалось щебетание: «Батоно Гурам, батоно Гурам».

Батон, еще батон… Для чего ему столько хлеба? Я недоуменно вспомнил, что вчера с Самумычем мы даже полбатона не съели, и теперь не постеснялся спросить. Полковник между поцелуинами пунктирно объяснил:

— Харя? Рогов? — но это он приветствовал кого-то за стойкой, и я вернулся к теме и спросил, почему они не говорят его фамилии? Или отчества? Это же неприлично — без отчества? У всех русских есть имена и отчества…

— А в Грузии не приняты отчества — просто говорят «батоно» и имя…

— И вы могли бы Сталину сказать: батоно Иосиф? — Это продолжало удивлять меня.

Полковник, устраиваясь удобнее, сказал:

— Да, вполне… если б дошёл до него, не дай бог… «Товарищ» же не скажешь? Какой он тебе товарищ?.. Страшно, конечно, но, в принципе, мог бы… Хотя… Может, ему и нравилось, когда его по имени-отчеству звали, по-русски… Он же всё из себя русского строил…

— Как это — строил? Перестройка?

Но это реально круто! Жужуна! По имени! Этим, очевидно, подчёркнуто особое уважение именно к тебе, к твоей персоне, а не к твоему папе, которого я, может быть, и знать не хочу, но должен учить и его имя почему-то.

Полковник вернулся, кого-то приветствуя по дороге.