Захват Московии
7 прочтений
— Я хотел его разжалобить суффиксами и даже лживо предположил (потому что не хотел идти): — На буфете, наверно, перерыв…
Добрынич пошуршал, позвенел, потом сказал:
— У нас тут есть что-то для себя… Я могу вам до вечера дать. А вы потом разменяете и вернёте. Что вам?
— Всё! — обрадовался я. — Воду с минералами, и сладкую водичку, и пиво, два… две…
— Могу через уборщицу послать, она как раз на ваш этаж идёт…
— Да, было бы самое очень…
— А буянить не будете? Зубы показывать и по-всякому куражиться?
— О нет, какое там… курвяжиться… буражиться, нет! Голова усиленно болит…
— Ну, раз так… Даниловна, захвати немцу из 15-го два пива и минералку! Вон там, под маленьким столом, в ящиках…
— О, хорошо, спасибо! Я буду ждать-ожидать.
— Кстати, к вам вчера ваши приятели заходили… эти, на фашистов похожие… Что-то забрать хотим в номере, говорят, но их не пустили.
— Спасибо пожалуйста. Это не настоящие наци… они за грамматику… Грамматика — настоящий бог божий…
— Видели их грамматику, свастиками обшитые, — туманно завершил портье.
Кому куда что «отзвоню» — я не понял, но подумал, что тут многие так говорят: «отъехал», «отошел», «отзвоню», хотя мы учили, что приставка «от» всегда требует предлога «от» — отошел от дома, отъехал от дерева. А тут просто — «отзвоню»… Звучит как-то неприятно, грубо, по-собачьи… Надо в жлобский словарик занести и почаще использовать.
Чтобы не пропустить уборщицу, я открыл дверь и ждал, в лёгком сквознячишке, когда милая женщина в фартуке, но без укоризны в глазах передала мне пакет с бутылками. У меня не было ничего, чтобы дать «на чай-пиво», отчего стало стыдно, и я заторопился что-то сказать про карточку, которую слопотнул — нет, сглопотал — банкомат:
— Вечером увидимся… я дам… только европятьсотовая…
Она не поняла, махнула рукой, ушла.
Пивом я был изрядно ободрён и, на всякий противопожарный случай, позвонил старику.
— Самулыч?.. Это я, Клементинович! Фредя!
— Да, Фредя, как вы, оклемались?
— Да, климат хороший… А вы?
— Тоже ничего. Газеты выходят, я продаю, люди читают…
— И кидают… на молочишко… — (Как сказал полковник кобуратому… нет, кобурному? — кому-то в коридоре — «мальчишкам на молочишко».) — Скажите, как мы в последний… крайний раз закончили?..