Заклинатель снега

Учительница смотрела на него возмущенно.

Мужчина остановился перед ее столом, повернулся к классу и сказал:

– Мы с присутствующими здесь господами ищем человека, который учится в этой школе и который присоединился к вам совсем недавно. – Он пытливым взглядом оглядел учеников одного за другим, прежде чем добавить: – Айвори Нолтон. Она среди вас?

Я распахнула глаза. По классу пронесся шепот.

– Мисс Нолтон сегодня нет, – нетерпеливо сказала учительница, но мужчина к ней не обернулся.

Он снова окинул класс цепким взглядом, как будто думал, что я прячусь за одноклассником или под партой, и еще раз повторил:

– Нолтон.

– Ну довольно! – громко сказала учительница. – Какое право вы имеете приходить сюда и прерывать урок? Это недопустимо! Пожалуйста, имейте в виду, что директор Мур будет немедленно проинформирован! Это школа, а не бюро находок! А теперь выйдите из моего кабинета!

Никто из мужчин не пошевелился. Наконец главный медленно повернулся и посмотрел на нее сверху вниз. Он долго буравил ее взглядом, прежде чем прошипеть, ухмыльнувшись:

– Наверное, я плохо объяснил.

А дальше произошло ужасное: он ударил учительницу по лицу. Пощечина была такой сильной, что она откинулась назад, опрокинула стул и упала на пол.

Все в классе застыли от ужаса. У меня перехватило дыхание. Потом некоторые ученики вскочили на ноги, но достаточно было простого щелчка, и мир снова замер.

Один из мужчин, который стоял в дверях, отодвинул полу куртки и положил руку на рукоять пистолета за поясом.

По классу расползлась тихая, холодная, беспощадная паника. Все застыло в изумленной тишине, прерываемой лишь стонами учительницы.

Главный передернул плечами и снова стал расхаживать вдоль доски. Гулкий стук резиновых подошв, казалось, усиливался тишиной. Потом он снова подошел к учительнице.

Он наотмашь ударил ее по лицу. Ученики закричали, учительница скорчилась на полу, и он толкнул ее сильнее, придавив ее голову к полу. Я слышала, как она всхлипнула, когда он прижал подошву к ее виску.

Он снова принялся мусолить зубочистку, но на этот раз уже не улыбался.

– Канадка, – процедил он сквозь зубы, – где?

Я оцепенела, тело стало ватным. Холодом обдало барабанные перепонки, страх пульсировал, заглушая сердце, затуманивая чувства. Я медленно отступила. Скрип кроссовок об пол нарушил тишину, и я вздрогнула, но все же сделала еще шаг назад. Паника нарастала, жгла, колотилась в груди…

Я на что-то наткнулась. Сердце подпрыгнуло от ужаса, и я обернулась.