Заклинатель снега

Бандиты были схвачены, история закончилась, тем не менее агент Кларк не исчез с моего горизонта.

– Я думала, что вопрос закрыт.

Он наклонился к картине, будто бы с интересом ее рассматривая.

– У американского правительства другое мнение на сей счет.

Непонятно, что еще нужно было от меня американским властям после того, как они получили от меня то, что хотели. Департамент национальной безопасности теперь должен быть доволен.

– Я передала вам «Тартар», – напомнила я.

– Разве ваши инженеры не могут его открыть?

– Капсула защищена ключом безопасности, без него мы не можем получить доступ к коду, – пояснил он.

 – При механическом вскрытии содержимое капсулы уничтожится. Наши специалисты изучили цилиндр и пришли к выводу, что его внутренняя структура предназначена для хранения вируса. Но мы не можем его оттуда вытащить.

Я не раз задавалась вопросом, почему папа его не уничтожил. Этот код разрушил его жизнь, но папа так и не смог избавиться от своего изобретения. Он осознавал его значимость. Знал, какой хаос может спровоцировать эта программа, и, несмотря ни на что, решил его спрятать.

Может быть, потому, что некоторые вещи больше нас, они выходят за рамки нашего понимания. Они означают что-то, что мы не в состоянии осмыслить. Из какой бы материи они ни состояли, чему бы ни служили, они становятся для нас очень ценными, уникальными.

Когда я взяла капсулу в руки, мне захотелось вернуть ее туда, где я ее нашла, скрыть от мира, навсегда оставить под землей в самом сердце Канады.

Но это не избавило бы меня от проблем.

Правительство не прекратило бы меня преследовать. После происшествия в школе никто не мог гарантировать мне, что я буду в безопасности. Появились бы другие бандиты, меня не оставили бы в покое.

А потом я вспомнила, что сказал человек с зубочисткой: если бы я передала код цэрэушникам, он и подобные ему узнали бы об этом.

Конечно, узнали бы. С целью утвердить свой авторитет ЦРУ распространило бы информацию о том, что «Тартар» попал к ним в руки, а значит, я выходила из этой опасной игры.

Кларк наконец отвел взгляд от холста и обернулся.

Я пристально посмотрела на него.

– Что ты делаешь? – спросил меня Мейсон, когда я открыла цилиндр и вынула оттуда «Тартар», а на его место положила вырезанного из дерева лося, которого сделал для меня папа.

– Отдаю им творение рук моего отца, – ответила я, закрывая цилиндр.

Они никогда не смогут его открыть и заполучить. Никто его не найдет.

Я посмотрела в лицо Кларку, выдерживая его взгляд.