Заклинатель снега

Он посмотрел на меня с неприязнью. Должно быть, надеялся выудить из меня какую-нибудь подсказку, но я оказалась верна себе.

– Я пришел сообщить, что вам больше не придется беспокоиться об участии в этом деле Клементины Уилсон. Наше ведомство предупредило ее об ответственности за разглашение любой информации о случившемся. Мисс Уилсон не будет нарушать протоколы конфиденциальности.

Я кивнула, принимая это к сведению. Я не видела Клементину со дня поединка. Слышала, будто после нападения отец решил перевести ее в частную школу.

Я повернулась и пошла по ряду между стендов, то и дело чувствуя на себе взгляды школьников, которые пришли на ярмарку с родителями и младшими братьями и сестрами. Они указывали на меня пальцем и шептались. Но на этот раз все было иначе.

– Это она, та самая канадка, – шептали они, а малыши смотрели на меня со страхом и восхищением. – Это она застрелила террориста.

– Выпустила ему кишки, – шептались они между собой, и каждый раз версия событий менялась.

– Попала ему прямо в глаз!

– Однажды она убила гризли из рогатки. Мне парень из старшего класса сказал.

И теперь они не отводили взгляд, когда я оборачивалась, а выпрямлялись и махали мне рукой.

Я поздоровалась с парой ребятишек в скособоченных кепках, которые смутились и снова принялись шептаться, посверкивая глазами.

Внезапно сзади на меня кто-то налетел и оттолкнул в сторону. Когда я обернулась, то увидела перед собой целующуюся парочку.

Он закатил глаза и оттолкнул приклеенную к нему девушку.

Фиона смотрела на него обиженно, а Трэвис выглядел смущенным.

– Она напрыгнула на меня, – сказал он, как будто оправдываясь и пряча руки, которые несколько секунд назад страстно обнимали Фиону.

– Что? – возмущенно крикнула она. – Но ты засунул язык мне в рот!

– И ты против этого не возражала! – Он покраснел. – Просто я оказывал первую помощь, думал, ты подавилась попкорном.

– Каким попкорном? Я ничего не ела!

– Поверь мне, Айви, – заверил меня Трэвис тоном мученика, – в этой ситуации я жертва.

Тут Фиона решила, что Трэвис действительно должен стать жертвой, но убийства: она начала колошматить по нему кулачками, а он закрывался от ее ударов мускулистыми руками.

– Ты урод без яиц, вот ты кто!

– Ай! Фиона! Не царапайся! Ой!

– Я тебе покажу, жертва!

– Да ладно, детка, я пошутил… А-а-ай!

Он согнулся под ее разъяренными тумаками, а позади меня кто-то засмеялся.

– Ну дают! Они снова за свое.