Заклинатели чудовищ

 – Виктория никогда не верила в эту чушь!

– И тем не менее. Каждый человек мечтает хоть одним глазком заглянуть в свое будущее. А я могу предоставить такую возможность за соответствующую плату.

– Видно, не такая уж вы хорошая гадалка, раз не смогли предупредить ее о смерти…

– В гадании я не очень сильна, это верно, – улыбнулась мадам Анаит. – Другие вещи выходят у меня куда лучше.

– Лучше тебе об этом не знать, Николай. Вообще ты как-то слишком агрессивно настроен…

– Согласитесь, причин хватает. Все эти тайны меня бесят!

Мадам Анаит недовольно поджала губы и всю оставшуюся дорогу хранила молчание.

Они вошли на территорию «Аршакуни», миновали несколько темных зданий, окруженных разросшимся кустарником, и двинулись к главному корпусу, наблюдающему за ними черными мертвыми глазницами выбитых окон.

Поднявшись по широким растрескавшимся ступеням, они вошли через парадную дверь и оказались в огромном вестибюле. Стены и пол покрывали глубокие трещины, старинные фрески на стенах давно потемнели и осыпались, у широких изогнутых лестниц, ведущих на верхние этажи, не было перил.

Следуя за старухой, Николай Вадимович направился в правое крыло старинного здания.

Спустившись этажом ниже, они очутились в большом темном подвале. Когда-то здесь располагался бассейн, и стены помещения все еще покрывал кафель, когда-то белый, а теперь пестрящий пятнами плесени и ржавчины и потрескавшийся. Пол был усеян осколками битого стекла и обломками мебели. Кое-где на полу темнели широкие провалы, заполненные черной водой, из которой наружу тянулись изогнутые побеги бледно-зеленых растений, которые опутывали каменные плиты, точно паутина.

Вскоре они подошли к чаше бассейна. Просторная емкость также была заполнена черной водой, напоминающей нефть. В зале стоял жуткий запах гнили и сырости. На бетонные бортики, местами еще покрытые плиткой, карабкались те же бледно-зеленые побеги с узорчатыми листьями. Они обрамляли чашу бассейна, точно огромная гирлянда. Теперь Комиссаров узнал их – это были те самые растения, которые оплели весь трюм «Арканума».

От одного их вида, от мрачной, зловещей обстановки у Николая по спине побежали мурашки.

Его нехорошие предчувствия лишь усилились, когда из темноты выступило сразу несколько высоких сгорбленных фигур в длинных грязно-серых плащах с глубокими капюшонами. Они молча выстроились по периметру бассейна, словно в ожидании чего-то.

Вдоль обшарпанных стен были свалены ржавые остовы изломанных шезлонгов.