Заколдованная луна

Говорили, что он выглядел так, словно бы увидел самого дьявола – и одна из служанок пробормотала: «И ничего удивительного!»

Настроение у Кристы испортилось. Значит, Петрус умер! Она не могла определить, что же она почувствовала, узнав это. Разумеется, ей было жаль его родителей. А еще?

Конечно, не то, чтобы облегчение. Но она не опечалилась, не расстроилась так, как следовало бы.

Было скверно, что она не испытывала скорби по человеку, который жил так близко от нее, которого она знала все годы, что прожила здесь, и который даже нравился ей немного когда-то.

Прошла целая вечность, прежде чем она получила свое молоко. Она ждала, как на иголках. Никого из семьи Нюгордов видно не было, да и вряд ли можно было ожидать чего-то другого, а управляющий выглядел особенно торжественным, когда отпускал молоко. Наконец, она смогла отправиться в обратный путь.

И тут она увидела его!

Он спустился вниз из леса, сразу после того, как она вышла из усадьбы Нюгордов.

Криста остановилась, поджидая его.

Он шел большими шагами, слегка вразвалочку, как настоящий лесоруб. Она не смогла сдержать широкую, радостную улыбку ликования.

Линде-Лу показался ей еще более привлекательным, чем в прошлый раз, но это потому, что ее чувства к нему за два дня стали еще более нежными. Господи, до чего же бедно он выглядел. Брюки вытерлись на коленках, рубашка в дырах, но воздух был уже теплым, так что он хотя бы не мерз. Светлые волосы с белой прядкой были довольно длинными и взъерошенными, да, было совершенно явно, что он слишком долго жил совсем один! Ему может понадобиться кто-то, кто бы заботился о нем, подумала она в приступе… не то, чтобы материнской нежности, потому что испытывала к нему иные чувства, но во всяком случае с ощущением заботы!

Когда он подошел ближе, у нее все подобные мысли просто-напросто вылетели из головы.

Она забыла о том жалком состоянии, в каком была его одежда. Единственное, что видела она, – его теплые глаза и улыбку.

– Я не верила, что ты придешь, – прошептала она.

Она так широко улыбалась, что даже говорить не могла.

– Я хотел дождаться, когда ты пойдешь назад домой.

– Как жалко! А теперь у меня так мало времени. Франк ждет.

– Чего же?

– Что я… Да, что я приду домой. Он беспокоится обо мне.

– В следующий раз передай ему привет и скажи, что он может быть спокоен. Я тебя не трону, ты же сама об этом знаешь.

– А почему? – хотела спросить она, потому что вспомнила, о чем сама мечтала накануне вечером.