Закон подлости (СИ)

Моя цель — ректор.

— Какого хрена ты творишь? — он резко хватает меня сзади за плечи, разворачивая к себе. Наши взгляды пересекаются — его свирепый и мой недоумевающий.

— Это ты меня спрашиваешь? — гневно тычу указательным пальцем в его грудь. — Ты не считаешь нужным посвящать меня в дело, которое мне же и поручил! Ты постоянно увиливаешь от разговоров! Ты. Мне. Не. Доверяешь! — чеканю я, сопровождая каждое слово повторным тычком в его напряжённые мышцы.

— Я забочусь о тебе! Причём тут недоверие? — он разводит руками, морщась, будто от физической боли.

 — А вот к тебе у меня есть вопросы! — теперь уже он направляет в меня палец. — Что за сучёныш вертится возле тебя?

— Я видел, как этот друг совал свой нос в твою шею!

На этом обвинении я немного теряюсь, потому что со стороны действия Рейва вполне могли сойти за флирт. Только раскрываю рот, чтобы начать оправдываться, как слышу звук открывающейся двери с другого конца коридора. Макс тоже это слышит, поэтому, особо не раздумывая, дёргает меня за руку, буквально впихивая в первый попавшийся кабинет.

По-видимому, здесь нет окон, потому что несмотря на солнечный день здесь стоит кромешная темнота. А ещё тут очень тесно и пахнет какими-то химикатами и сыростью, отчего в носу начинает свербеть. В тот момент, когда я начинаю хватать носом воздух, пытаясь сдержать чихание, Макс резко притягивает мою голову вплотную к своей груди, чтобы заглушить моё громкое «апчхи». Мне становится невыносимо смешно. Носки моих туфель стоят прямо на его кроссовках, потому что я упираюсь пятками во что-то твёрдое.

По его сотрясающимся плечам понимаю, что он тоже еле сдерживается. Обнимаю его, вцепляясь в мягкую ткань футболки. Обречённо утыкаюсь лбом в его шею, пользуясь тем, что он всё ещё удерживает мой затылок своей ладонью. Застываю, боясь разрушить этот момент уединения.

— Мне плохо, когда мы с тобой ссоримся, Макс. И я… Я понимаю, как всё это выглядело. Завтра же скажу Рейву, чтобы он больше меня не обнимал, — бормочу в пространство в районе его ключиц.

Его безапелляционный ответ вынуждает меня отлепиться от него. Мои глаза уже привыкли к темноте, поэтому могу точно сказать, что его взгляд стал более мягким, брови уже на нахмурены, мышцы скул расслаблены. Провожу ладонями по его щекам, ощущая лёгкую щетину, которая так нравится нервным окончаниям на моей коже. Он выжидательно смотрит на меня, не предпринимая никаких действий. Неужели тоже ревнует?

— С одним условием, — парирую я.