Закон свободы

Но когда в группе двое, и один из ее членов слабого пола, порой приходится самому становиться «отмычкой». Ибо больше некому.

Обо всем этом я размышлял, выжимая из своего организма все возможное. Потому как ни разу не слышал я, чтобы кто‑то проходил сквозь «жару». Возможно, тут как с областью сильного радиационного заражения – без серьезного бронекостюма с встроенной спецзащитой от облучения работает только защита временем. Чем быстрее ты тот опасный участок преодолеешь, тем меньшую дозу хапнешь. Хотя это, конечно, лишь догадки – ведь аномалия есть по сути своей явление нашему миру не принадлежащее, живущее по совершенно своим физическим законам.

И, согласно этим законам, все что попадает в «жару», должно немедленно сгореть к чертям крысособачьим.

Разбежавшись так, что от гипервентиляции заныли легкие, я изо всех сил оттолкнулся ногами от пола и полетел вперед, при этом обхватив руками колени и спрятав в них лицо – ведь чем меньше площадь тела, тем меньше вероятность обширного ожога…

Я врезался в «жару» как комар в раскаленную лампочку.

Я чувствовал, как трещит, сгорая, моя навороченная броня, как неистовое пламя жрет защитные перчатки, а те шипят, как разъяренные змеи, отплевываясь струйками охлаждающей жидкости. Я понимал, что еще немного – и от нереальной температуры начнут взрываться патроны в автоматных магазинах, распиханных по подсумкам разгрузки. Но я очень надеялся, что все рассчитал правильно, и мое тело вместе со снаряжением не успеет нагреться до критического состояния…

Не успело.

Наверно… Грохнувшись на бетон, я не был уверен, что не получил серьезных ожогов. Термопоражение – оно как удар ножом. Никогда сразу не поймешь, насколько конкретно тебе прилетело. Боль есть, но терпимая. Просто до мозга еще не дошел настоящий, взрослый сигнал о том, насколько все хреново. Анализирует он ситуацию, прикидывает, что к чему. И за это время нужно принять верное решение, пока тебя от шока не вырубило.

Я и принял. Приземлился, катнулся по бетону эдаким мячиком, рыкнул сквозь зубы, когда меж бетоном и нижней частью позвоночника оказался автоматный приклад, но стерпел.

И тут же принялся скидывать с себя все, благо это было не сложно – практически любые современные защитные костюмы имеют систему экстренного снятия. Для чего? А вот для таких ситуаций, как моя сейчас.

Лямки рюкзака сгорели на фиг, поэтому освободиться от него не составило большого труда – рывок плечами, и объятый пламенем рюкзак упал на пол.