Закон Выброса

Только что был живой и совершенно целый человек, но прошло всего три секунды, и в его лице уже лишь три отверстия вместо носа и глаз, а затылочная кость улетела куда-то вместе с мозгом, так что теперь это не голова, а довольно жуткая маска. Причем руки хозяина этой маски продолжают суетиться, пытаться пристроить автомат для стрельбы лежа – боец уже умер, а рефлексы еще работают…

Зрение у него было отличное, и он все рассмотрел в деталях. А еще он увидел, как остальные бойцы, мгновенно поняв, откуда по ним ведется огонь, быстро рассредоточились и принялись поливать вражескую позицию из своих огнестрелов.

Данила шустро откатился за дерево, и за соседним обнаружил спира.

– А ты пошто не стрелял?

Рудик пожал плечами.

– Да как-то… Они мне ничего плохого не сделали…

– А какого лешего за мной тогда бежал?

На это Рудик не знал что ответить.

– Короче, – рявкнул Данила. – Я одного убил, хотя не желал того, так вышло. Но теперь, ежели мы в ответку стрелять не будем, нас просто размолотят в фарш, как курей на ярмарке.

– Понял, – вздохнул Рудик.

Дружинник был прав. Если кто-то хочет тебя убить, выхода два: или позволить ему это сделать, или пристрелить его, пока он не отправил тебя в Край вечной войны.

Правда, сейчас это было сделать проблематично: пули противника крошили деревья, за которыми спрятались Рудик и Данила, срывали клочья коры, срубали ветви, щепки летели во все стороны… Высунуться значило практически гарантированно принять тушкой кусок горячего свинца, а то и не один.

– Как стрелять начну – поддержи, – прокричал он.

– Что ты задумал? – перекрывая голосом грохот канонады, проревел дружинник.

Но Рудик не собирался обсуждать с Данилой свой план – и голоса у него такого мощного не было, охрип, пока четыре слова проорал, – да и времени на обсуждение не осталось. Того и гляди или шальная пуля вырвет кусок мяса из конечности, случайно высунувшейся из-за дерева, или противник придумает что-то получше, чем беспорядочная стрельба по деревьям.

Потому Рудик закинул «Вал» за спину и шустро полез на дерево – когти позволяли.